В гостиной она перекидывает сумку с фотоаппаратом через плечо. Потом снимает ее и снова кладет на стол. Пододвинув стул к стене с фотографиями, она забирается наверх и решительно отрывает один из снимков. За ним спрятан сложенный листок, который она роняет на пол. Это записка от матери Энди. Ей следовало передать ее Энди еще несколько дней назад. «Иногда приходится уезжать далеко, ради любви». Она перевела записку с помощью словаря Энди, слово за словом, стараясь понять намерения Ингрид. Ужасно, когда мать пишет такие слова сыну, но у нее не хватило духу передать записку.
Хотелось уберечь его от боли, потому что она знала, что это в ее силах. Развернув листок, она оставляет его на полу, а снимок кладет в карман куртки. Телевизионная башня подмигивает ей. Скорее, скорее! Она хватает сумку с фотоаппаратом и бежит в прихожую."
"Она широко распахивает дверь, все еще удивляясь, что снова может передвигаться, и переступает через порог. Она снаружи. Отодвигает сейф в сторону, чтобы захлопнуть дверь, но на мгновение закрадывается страх оказаться запертой с другой стороны, и она оставляет дверь приоткрытой.
На лестнице темно, хоть глаз выколи. Она водит рукой по стене, стараясь нащупать выключатель. Ничего. Она снова и снова водит рукой вверх и вниз по прохладному бетону. Ничего. Скорее, скорее! Она несется вниз по лестнице в темноте, спотыкаясь и цепляясь за перила. Внизу сквозь наружную дверь просачивается дневной свет, и она, распахнув ее, бросается во двор. Липа приветствует ее великолепной яркой зеленью, и она идет через дворик, через следующий двор, под арку и на улицу.
Она поворачивает налево. На улице есть люди. И она тоже на улице. Она бросается бежать, и сумка неловко болтается на плече, когда она лавирует между людьми, которым некуда торопиться. На перекрестке она смотрит налево и видит телевизионную башню. Та дружески подмигивает ей. Ее красные и белые огни все так же включаются и выключаются, и Клэр с благодарностью направляется в ее сторону.
На мощеных улицах ноги подгибаются от слабости.
Она постоянно смотрит не в ту сторону, ожидая встречного автомобиля: боится, что рефлекс приведет ее под колеса. Хочет притормозить, но не может, понимает, что люди смотрят на нее как-то странно, но она бежит, убегает, и ей нельзя останавливаться. Она тяжело дышит и все время озирается вокруг, ожидая увидеть Энди, и удивляется, что видит других людей.
Когда она наконец добирается до Александерплац, ее легкие горят, а ноги дрожат.
