Беру тебя в жены

— Скажем, ваше нынешнее жалованье в двойном размере.

Она побарабанила пальцами по опоре балдахина.

— Мои условия у леди Мэйфилд включают проживание и стол, а жалованье выплачивается раз в три месяца.

— Как вы понимаете, я не могу предложить вам проживание и стол.

— Понимаю. Кроме того, моя помощь понадобится вам ненадолго.

— Верно. Как я понимаю, самое большее — до конца недели.

Ее глаза зажглись коварным огнем.

— Если вам так нужна моя помощь, сэр, давайте сойдемся на моем жалованье за три месяца в тройном размере.

Стоукс поднял брови:

— Утроить ваше трехмесячное жалованье за недельную работу?

Эмма тут же замялась, испугавшись, что запросила слишком много:

— Но вы же сказали, что нуждаетесь в моих услугах, сэр!

— Правильно. Трудная сделка, мисс Грейсон. Может, прежде вам стоит узнать, что от вас потребуется на новой работе.

— Честно говоря, сэр, меня это не слишком волнует. Если вы гарантируете заплатить мне в три раза больше, чем леди Мэйфилд платит мне за три месяца, и не потребуете согревать вашу постель, я согласна.

— Решено! А теперь — все, что от вас требуется, мисс Грейсон, это соглашаться на предложения леди Эймс выпить ее особого чая и поиграть в карты.

— А это необходимо — пить чай?

— Хотя бы немного, чтобы убедить ее, что вы пили. Эмма вздохнула:

— Это может прозвучать дерзко при данных обстоятельствах, но не объясните ли вы мне поподробнее, в чем тут дело?

Стоукс пристально посмотрел ей в глаза:

— У меня есть основания полагать, что Миранда считает, будто с помощью своего зелья проводит на вас некий эксперимент.

— Эксперимент? — Эмма схватилась ладонями за живот. Ее снова затошнило. — Этот кошмарный чай что-то вроде яда?

— Уверяю вас, нет никаких причин думать, будто он причинит вам вред.

— И что же он, предполагается, должен со мной сделать?

— Уверяю вас, это просто оккультная чепуха, — быстро напомнил Эдисон. — Я говорил вам, что ищу то, что было украдено. Этот предмет — древний фолиант из Садовых храмов на далеком острове Ванзагара.

— Ванзагара? — Эмма наморщила лоб. — Я о нем слышала.

— Я потрясен! О нем знают немногие.

— Моя бабушка обожала географию.

— Да, так вот, я веду поиски от имени человека, который несколько лет назад открыл Ванзагару. Это мой очень близкий друг.

— Его зовут Лорринг. Игнатий Лорринг. И он умирает. Эмма вгляделась в его лицо, и Стоукс понял, что она почувствовала его печаль. Это обеспокоило Эдисона.