Беру тебя в жены

Предлагаю найти спокойное местечко, где мы могли бы поговорить без помех.

— Проклятие!.. — отозвалась Эмма.

— Полностью с вами согласен.

— Ублюдок!.. — Эмма все еще кипела от негодования, когда несколькими минутами позже они вошли в укрытый густой тенью сад. — Гадкий, мерзкий, презренный маленький ублюдок!

— Меня часто, и не без основания, обвиняли в том, что я ублюдок, — нейтральным тоном заметил Эдисон. — Но немногие осмеливались заявить мне об этом в лицо.

Пораженная, Эмма остановилась у фигурно подстриженной живой изгороди.

— И никто, — не спеша продолжал он, — никогда не называл меня маленьким ублюдком.

Он прав. В его облике не было ничего мелкого. В дополнение к росту и внушительной мускулатуре в Стоуксе была та естественная мужская элегантность, которой должны были завидовать многие светские львы.

Смутившись, она сказала:

— Я говорила о Чилтоне Крэйне, а не о вас.

— Счастлив это слышать.

— Сегодня днем, узнав, что Крэйн в замке, я переговорила с миссис Гаттен, экономкой, — продолжала Эмма.

 — Я предупредила, чтобы ни под каким предлогом она не посылала молодых горничных в его комнаты. Я также настоятельно посоветовала, чтобы женская прислуга работала по возможности парами.

— Я полностью согласен с вашей оценкой Чилтона Крэйна, — произнес Эдисон. — По вашей реакции я предположил, что это вы были той невезучей компаньонкой из бельевой Рэлстон-Мэнора?

Эмма не ответила, да в том и не было нужды. Стоукс прекрасно знал, что прав.

Эмма сделала несколько шагов в сторону разросшегося сада.

Она скорее почувствовала, чем услышала, что Эдисон идет за ней.

При свете дня неухоженный сад Уэр-Касла являл собой плачевное зрелище, ночью же высокие изгороди, неподстриженные кусты и буйно растущие плети дикого винограда напоминали непроходимые джунгли. Единственным источником света была луна. Она освещала пейзаж, и окружающая местность купалась в тревожных переливах серебра и мрака. Неверный свет превратил лицо Эдисона в мрачную маску со сверкающими глазами.

«О Боже! — подумала Эмма.

 — Теперь он все знает о происшествии в Рэлстон-Мэноре и моем увольнении!» Надо что-то делать, иначе она погибла. Нельзя потерять это место, пока не найден способ исправить последствия финансовой катастрофы, обрушившейся на них с сестрой.

Эмме хотелось кричать от отчаяния. Вместо этого она заставила себя рассуждать трезво. Не стоит объяснять Эдисону, что произошло на самом деле. Люди всегда склонны верить худшему, когда речь идет о репутации дамы.