Если мне понадобится шлюха, уж поверь, я ее закажу себе хоть через полчаса, и тебя я к ней уж точно не приравниваю.
— После моего отказа ты меня сразу уволишь? А вещи из дома дашь забрать? Или скажешь, что такое дерьмо можно тут же сжечь? — Игорь останавливается посредине кабинета и утыкается в меня взглядом. Долго смотрит, а потом снова начинает смеяться. И опять заливисто, правда не истерически как в прошлый раз.
— Олесь, — сжимая подбородок одной рукой начинает Бессонов, но тут же останавливается, шумно выдыхая.
Подходит прямиком ко мне и отодвигая ногой маленький кофейный столик в сторону, присаживается на корточки, положив руки мне на колени. — Не будет никакого твоего отказа, как бы это самоуверенно ни звучало с моей стороны. Все это лишь вопрос времени.
— Всегда завидовала самоуверенным людям, у меня так не получается. Убери, пожалуйста, руки, — накрываю его ладони своими, чтобы их убрать, на что Игорь только сильнее сжимает мои коленки. — Ты не ответил на мой вопрос."
"— Ты останешься работать в моем ресторане при любом исходе наших отношений.
И я не сожгу твой унылый черный гардероб. К тому же на него у меня совершенно иные планы. И вообще, Олесь, давай дружить, я жуть как от всего устал, ты даже представить себе не можешь как, — убирая наконец руки и вновь садясь около меня, выдыхая заканчивает Игорь.
— Так это еще и дружбой зовется?! Тогда я точно ничего не понимаю в этой жизни и мне однозначно понадобится смена взглядов! Научите меня, дядя Игорь из Чернобыля.
— Научу, сотрудница Чернобыльской АЭС. Я тебе предлагаю всего лишь не воевать. К чему все это? Олесь, ну давай не будем лукавить. Ты мне нравишься, я тебе ничуть не меньше, так чего выпендриваться? Я предлагаю тебе вполне нормальные отношения, но если тебе надо понятнее, то, пожалуйста: совместные вечера, иногда дни, в зависимости от загруженности на работе или твоей будущей учебы, совместные выходные, секс… да все, что происходит у обычных людей. Я тебе не предлагаю стать содержанкой, если ты об этом.
Ну что я тебе как маленькой все сейчас разжевываю? Что ты на меня так смотришь?
— Ничего.
— Господи, как сложно-то, — хватаясь за голову произносит Игорь. — Мне начинает это надоедать, я и так сделал то, чего в жизни себе не мог представить, так будь добра не беси меня. Что ты хочешь, говори прямо? — несдержанно произносит он, сжимая кулаки.
— Хочу быть просто счастливой, — не знаю, как эти слова вырвались из моих уст.
