Останавливаюсь около ворот и выхожу из машины, громко хлопнув дверью. То ли Олеся не услышала, то ли так была увлечена игрой с рыжим колобком, что не отреагировать она на меня совсем.
— Я тебе говорил не подходить к незнакомым дяденькам с щенками? — та видимо не ожидала меня увидеть, и кроме открытого рта я ничего не узрел. И только через несколько секунд наконец-то услышал тихое:
— Так он знакомый.
— А вы собственно кто? — интересуется хозяин тявкающей собаки.
— Конь в пальто.
— Олеся, это твой папа? — переводит взгляд на малявку, которая начала тянуть меня за руку.
А до меня только сейчас дошло, что он сказал «папа».
— Я ее дед фронтовик, который сейчас достанет дробовик.
— Так успокойтесь, дедуля, — насмешливо произносит чмо в толстовке. — Мы с вашей внучкой просто беседуем. У нас с ней исключительно платонические отношения, пока, — снимая капюшон, выдает… парень. Судя по голосу и пятидневной щетине, я почему-то был уверен, что это мужик, но это совершенно не так. Понимаю, что его слова простая провокация, не более того, и хотя от души хочется выместить зло, помахав кулаками, здравый смысл подсказывает, что мне надо все же ретироваться отсюда.
Вот только первый шаг я сделал не по своей воле, Олеся буквально потащила меня к дому, кинув на прощание своему собеседнику сухое «пока».
— Я правильно понимаю, это все тот же щенок, который так и не вырос, а курящий как паровоз мужик, и есть этот чмушник парень? — закрываю входную дверь, и скидывая на ходу обувь, начинаю я.
— Правильно понимаете. Только Вадим никакой не чмушник, так немножко провокатор, но вполне себе хороший. А щенок-это карликовый шпиц, он больше и не вырастет, он уже и не щенок."
"— Вадим хороший? Ты серьезно, Олеся? Тебя жизнь чему-нибудь учит? Ты знаешь, что у него на уме? Кто он вообще такой?
— Внук вашей соседки Надежды Николаевны.
— Это кто?
— Соседка напротив, кажется, вы ее именовали как одинокая карга, ну или что-то типа такого. А Вадим ее внук, он программист и уже как два месяца фактически живет у нее.
Ей тяжело одной, вот он и переехал, — выдыхая и оттягивая водолазку вниз, спокойно произносит Олеся. — Если бы вы не были поглощены не пойми чем двадцать четыре часа в сутки, и чуточку оглянулись бы по сторонам, то может хотя бы узнали по-настоящему своих соседей.
— Сдались они мне как собаке пятая нога. Меньше знаешь, крепче спишь.
— По вам это не скажешь.
— Что?
— Хреново вы спите, вот что.
— Давай кое о чем договоримся.
