Особенно когда узнала про ребенка. Первый раз и... такое.
Странно, но мне легко все это говорить. Как будто веду беседу со старым знакомым. Как будто все, что я сейчас говорю, не про мужчину, что сидит рядом. Про другого человека.
– А ты, небось, уже напредставляла себе, как это должно быть? – фыркнул Матвей. – Я про первый раз.
– Я думала, что он будет с Митей. Мысленно готовилась к этому, но мне почему-то не хотелось. Когда он прикасался, пытался приставать... даже противно иногда становилось.
– Значит, ты его не любила, – резюмировал Матвей.
– Так что, может, это и хорошо, что не вышла замуж.
– Да, – киваю я.
Потому что согласна с Матвеем. Митю я не любила. Как там говорят? Было бы счастье, да несчастье помогло. Если бы не тот случай с Матвеем, я бы сейчас была замужней. Утром доила бы коров на ферме Митиной мамы, днем готовила еду и убирала дом, а по ночам нехотя ублажала бы мужа. И так всю жизнь... Представив все это, я поежилась. Да, год я мучилась, страдала.
Но всего лишь год, он закончился. А сейчас у меня есть дочка, возможность учиться и жить дальше так, как я хочу.
Матвей тормозит у дома. Плавно въезжает на территорию и глушит мотор."
"Я продолжаю сидеть, даже когда остаюсь в машине одна. Нет, я не боюсь, точнее боюсь, но уже не Матвея, а себя. Я так долго ненавидела его, что теперь меня пугает собственная реакция на этого человека.
Он мне… нравится.
Смотрю и понимаю это. Пытаюсь отбросить свои эмоции, трясу головой.
Нет, этого не может быть. Это неправильно, что ли…
– Слава! – снова открывается дверь, как тогда, на обочине, – ты можешь прекратить?
Что я должна прекратить? Не задаю этот вопрос, но выхожу на улицу. Кажется, я раздражаю Матвея. Конечно… Его девушки наверняка другие. Безотказные, судя по нашей первой встрече.
– Извините, – снова говорю и иду к крыльцу, чувствуя позади шаги.
Загорается свет, который слепит глаза после ночной темноты. Я щурюсь, прикрывая глаза, и чувствую прикосновение к своей спине.
Моргаю несколько раз и смотрю в лицо своего личного дьявола, бывшего дьявола. Теперь это обычный человек, довольно приятный парень, и его жизнь, кажется, была еще хуже моей.
Слезы, выступившие от включившегося на крыльце света, немного смазывают картину, но я вижу, как Матвей берет мое лицо в руки, а потом хочет что-то сказать.
