Бесчувственный... Книга 2

Мне и сейчас хотелось отказаться от еды. От голода кружилась голова, но кусок в горло не лез.

Вот только, спорить я не стала, ведь была в том состоянии, когда понимала, что если сорвусь, уже не остановлюсь.

Доктор ушел, а верзилы остались за дверью. Я окинула взглядом комнату и откинулась на спинку массивного стула, на котором сидела. К еде пока что не притрагивалась. Просто не могла этого сделать.

Примерно через пятнадцать минут вернулся доктор и, замерев, я поняла, что он разговаривал с Райтом. Я сразу сжалась и опустила голову.

Придерживалась прежнего поведения, которое мне было несвойственно, хоть и уже сейчас считала эту игру глупой.

Глава 5 Прежняя

Через какое-то время доктор ушел и мы с Матсом остались наедине. Райт тоже собрался уходить, но я, не сдержав себя, сказала:

— Пожалуйста, дайте мне телефон. Я хочу позвонить родным, — говорила тихо и все так же сжимаясь. Хоть и руки дрожали от того, что внутри все горело. Но я раз за разом повторяла себе — мне нужно сдерживаться.

Райт ничего не ответил.

Пошел дальше к выходу, а меня от этого аж передернуло.

— Почему вы меня игнорируете? — прошептала, а внутри тем временем все сильнее и сильнее разгоралось.

— Потому, что ты никто, — сказал он, все так же не оборачиваясь.

И все. Огонь внутри меня взорвался и меня затопило гневом. Эмоциями которые душили и не давали нормально дышать.

— А когда-то ты называл меня ущербной, — сорвалось с моих губ, ровным голосом. Моим.

Райт остановился. Резко. Замер и очень медленно обернулся ко мне, а я выпрямилась и сорвала этот чертов капюшон с головы.

Как же сильно он меня раздражал.

— Значит, когда-то я была для тебя ущербной, а теперь никем. Ты не меняешься, животное, — я ладонью поправила волосы и, взяв стакан с соком, опять откинулась на спинку стула.

Раздраженно и зло посмотрела Райту в глаза, видя, как он сам смотрел на меня, меняясь в лице.

* * *Я с силой сжала стакан в ладони и мрачно приподняла голову, чувствуя, как Райт, замерев на месте и, словно превратившись в громоздкую статую, все так же, приподняв брови, смотрел на меня.

Скользил взглядом по каждой черте лица, будто не мог поверить в то, что видел. Создавалось ощущение, что он вот так рассматривал меня целую вечность, при этом, у Матса в глазах я впервые увидела эмоции — бурлящие, дикие и животные. Правда, не могла понять, что они значили, хоть и осознавала, что в этом человеке для меня не может быть ничего хорошего.

— Ты помнишь меня? — спросила, слегка наклонив голову набок.