Бесчувственный... Книга 2

Знала, что за ней находились верзилы Матса и, обращаясь к ним, попросила возможности выйти во двор и хотя бы прогуляться по свежему воздуху.

Я думала, что мне откажут, но, к моему удивлению, практически сразу дверь открылась и, мужчина, посмотрев на меня, кивнул.

— То есть, мне можно выйти в сад? — уточнила.

— Да, но под присмотром, — прогрохотал он.

Я осторожно вышла в коридор и в сопровождении двух верзил пошла к лестнице. Не могла сдержаться и постоянно осматривалась по сторонам.

Да, это здание отличалось от того убежища, в котором я жила, встретившись с Райтом.

Его жизнь сильно изменилась. Он стал влиятельным человеком, имеющим все.

Продолжая осматривать этот дом, я ловила себя на мысли, что перемещение в прошлое уже сейчас казалось лишь сном, но все ощущения были слишком реальными, точно так же как и шрамы, на память оставленные у меня на животе.

Спускаясь по лестнице, я хотела поскорее выйти на улицу. Как минимум, осмотреться, а еще лучше попытаться убежать.

Но, ступая на очередную ступеньку, я замерла.

Уловила запах. Тот, который отталкивал и вызывал острое отторжение.

Это был запах Райта.

Входная дверь открылась и я увидела его.

Матс вошел в холл в сопровождении еще нескольких громил, которые следовали за ним, как верные псы, но, даже имея угрожающую внешность, по сравнению с Райтом казались блеклыми недоразумениями.

Самым страшным тут был именно Матс.

Я невольно тут же сильнее скрыла лицо капюшоном, но посмотрела на Райта.

Он сильно изменился. Уже был не парнем, а именно мужчиной.

Строгим и жестким. Одетым в черные брюки и такого же цвета рубашку. От него веяло той властностью, которая могла быть только у взрослого, самодостаточного мужчины, в чьих руках имелось неограниченное влияние.

Все в нем стало другим. Даже глаза, которые сейчас были пустыми и бездушными, а сам мужчина — бесчувственным.

* * *У меня было жгучее желание больше никогда в жизни не видеть Райта, но сейчас я не могла отвести от него взгляд.

Не прошло и суток с тех пор, как я видела его двадцатилетним парнем, а теперь передо мной стоял мужчина.

Как же это непривычно.

И хуже всего то, что этому подонку возраст к лицу.

Его черты стали более жесткими и внешность строгой. Не знаю почему, но вот такой он пугал намного больше, чем двадцатилетний. В нем уже не было вспыльчивости. Скорее холод, но он казался куда более жутким.

Что-то было в Райте. То, что заставляло напрячься и ощутить жесткое желание оказаться как можно дальше от этого мужчины.