– Как в человеке я в нем не сомневаюсь, – сказал Синий словно бы уже самому себе. – А вот бизнес его вызывает вопросы. И это уже совсем другой разговор… Хотя, возможно, тут и сомневаться не в чем. Просто я никак не привыкну к подобной конфигурации мозгов… Как бы там ни было, в этом городе он теперь знаменитость. Образцовый предприниматель, постоянно мелькает в телевизоре, в прессе и черт знает где еще. Один женский журнал даже наградил его титулом «самый успешный холостяк до сорока»…
– «Самый успешный холостяк до сорока»? – оторопело повторил Цкуру.
– Кто мог подумать, – добавил Синий, – что такому ботанику, как Красный, будут петь дифирамбы в женских журналах?
– Расскажи, от чего она умерла, – вдруг резко сменил тему Цкуру.
Синий застыл посреди тротуара как статуя. Так внезапно, что шедшие сзади прохожие чуть не врезались ему в спину. И посмотрел на Цкуру в упор.
– Постой… То есть ты даже не знаешь, как именно умерла Белая?
– Откуда? – мрачно буркнул Цкуру. – Еще неделю назад я вообще не знал, что ее уже нет.
Никто мне ничего не рассказывал.
– Так ты что же, и газет не читаешь?
– Просматриваю иногда. Но ничего подобного не заметил. Что бы там ни случилось, видимо, в столице об этом громко не шумели.
– И даже твои домашние в Нагое ничего не слыхали?
Цкуру покачал головой.
Явно озадаченный, Синий двинулся дальше – быстрым шагом, глядя строго перед собой. Цкуру опять с трудом поспевал за ним. Чуть погодя Синий снова заговорил:"
"– Закончив вуз, Белая какое-то время сидела дома, давала частные уроки фортепьяно.
Потом сорвалась в Хамамацу и стала жить там одна. А два года спустя погибла в собственной квартире… Ее задушили. Тело обнаружила мать, когда приехала проверить, что происходит, – слишком уж долго дочь не давала о себе знать. От полученного шока мать не оправилась до сих пор. Убийца так и не найден.
Цкуру судорожно сглотнул. Задушили?
– О смерти ее стало известно двенадцатого мая шесть лет назад. К тому времени мы уже почти не встречались.
Поэтому я даже не знаю, чем она занималась в Хамамацу и зачем вообще туда подалась. Когда ее нашли, она была уже три дня как мертва. Лежала в кухне на кафельном полу.
Не сбавляя шага, Синий продолжал:
– На похоронах в Нагое я не выдержал – разревелся. Как будто какая-то часть меня умерла и окаменела… К тому времени мы все уже разбрелись по своим жизням. Выросли, обзавелись семьями. Что тут скажешь? Давно уже не беспечные старшеклассники.
