Благодаря ему я узнал очень много нового о «моей невесте», если быть точнее я просто узнал её. Не такую её, что видел на поляне, на лесной дороге или всего пару минут в её спальне, а её другую… домашнюю что ли. Конечно её поведение с близкими и со мной не особо отличалось, похоже дурной нрав – это неотъемлемая часть её, но все же было довольно интересно. Чего только стоят истории из детства Майи, что он рассказывал мне весь вечер – это же вообще полный восторг. Про те пару детских фоток, что хранились в памяти телефона грозного генерала полиции я вообще молчу.
Рассматривая их, я не смог не отметить тот упрямый взгляд и крутой нрав, что присутствовали у неё уже тогда. Значит это врожденные качества характера этой бешеной пчелки, а не приобретённые.
Георгий Алексеевич очень любил племянницу и тот энтузиазм с которым он рассказывал о Майе не мог оставить кого – либо равнодушным к ней. Он словно околдовывал и заставлял полюбить обладательницу невероятных пленительных глаз и взбалмошного характера так же сильно, как это делал он сам.
Заслушиваясь его рассказами, как сказками Шахерезады я не вольно поймал себя на мысли, что я хотел бы быть часть этого рассказа и не просто какого – либо небольшого эпизода, нет, я хочу вплести линию своей жизни в её так тесно и крепко, подобно девушке, вплетающей в свою косу ленту.
Уловив шорох со стороны кухни, я прямиком направился туда, по пути размышляя прямо сейчас обрадовать эту язву или ещё немного помучить в целях воспитания, но моим радужным мыслям суждено было не долго витать в моём сознании, подобно флюидам любви в воздухе.
Они словно морская гладь были взбаламучены одной наглой блохастой сволочью. Какой хитрец, не смог на дядю произвести должного впечатления во время ужина, так решил в обход пойти. Ну ничего, ничего… Сейчас я тебе рога – то твои пообломаю, пёс смердящий!
Подхожу в плотную к нему. Стоя прямо за спиной волка закусываю внутреннюю сторону щёк с двух сторон и сжимаю кулаки до слышимого хруста, удерживая себя тем самым, чтобы не сорваться и не свернуть шею этому псу сразу, моё дыхание становится более глубоким, воздух вокруг меня накаляется, по моему виску стекает одинокая капелька пота, но несмотря на это я остаюсь никем не замеченным.
Похоже эти двоя так увлечены процессом, что совсем не замечают меня и это только подливает масла в огонь. Я могу убеждать себя сколько угодно, что мне плевать на реакцию Майи и что я до сих пор не убил этого пацана только потому, что сам того не хочу, но это не так.
