Бешеная

Спокойный и элегантный молодой человек (Шантарский госуниверситет, журфак, частная газета, еще одна и наконец – не без поддержки тестя собственная телестудия). И держался он типично, подобно подавляющему большинству людей, волей судьбы оказавшихся внезапно свидетелями по грязному делу. В меру вполне понятной нервозности, в меру стремления сотрудничать со следствием согласно гражданскому долгу, в меру откровенности, в меру легкой скрытности. Вот только как-то уж чересчур всего в меру – этакий выверенный на точных аптекарских весах коктейль…

– Вы можете как-то объяснить ее полковничий мундир?

– Пожалуй… Простите, у вас какое образование?

– Милицейско-юридическое, – сказала Даша.

– Психолог, конечно, понял бы меня лучше, но постараюсь. Благо и сам я не психолог… Видите ли, Олечка выросла в семье военного. Отец – стратегический ракетчик, а это почти всегда означает уединенные военные городки, точки в глуши. Единственный пример для подражания, образец, наиболее характерная деталь пейзажа, ось жизни – офицер в форме.

Потом вдруг – большой город, прямо-таки мегаполис по сравнению с прошлой жизнью, университет, разноцветие жизни, коловращение толпы, красочная палитра, муравейник… Лично мне всегда казалось, что она с помощью военных одежек бежала в детство. В тихий, уютный, несуетливый и безопасный мирок, в сравнении с кипящим мегаполисом представлявшийся райским оазисом. Чем-то вроде родной деревеньки, затерявшейся среди высоких хлебов. Я сам из такой – разве что она затерялась меж таежных распадков вместо левитановских нив. Поначалу очень трудно было привыкать к огромному городу… Понимаете?

– Кажется, – кивнула Даша. – Хоть я сама – городское дитя, из Серебрянки… И где же ей сварганили мундир?

– В облдрамтеатре. Все ее тамошние знакомые у меня обозначены под шифром ОДТ.

– Ага, вот что оно такое… С Житеневым у них было серьезно?

– Господа, в наши дурацкие времена этот оборот не то чтобы не котируется – просто как-то незаметно выпал из обращения… Замуж она, во всяком случае, не собиралась.

Ни за Житенева, ни за кого-то другого. Я бы сказал, они поддерживали привычные, наладившиеся отношения – без попыток с чьей-то стороны изменить сложившийся статус.

– У вас на лице мелькнула этакая досада, – сказала Даша. – Вам не нравится Житенев?

– Каюсь. Категорически не нравится. Видеоинженера никак нельзя назвать незаменимым творческим работником. Из-за всех его загульчиков руки чесались выставить, да терпел из-за Ольги.