На деле это был взгляд хомячка, встретившего хищника, но мне отчего-то казалось, что он яростью полыхает и искры летят. Не летели. И взгляд мой никого не напугал. А жаль в общем-то, я старалась вообще-то.
— Посмотрим, — хмыкнул этот индюк, обхватил пальцами мой подбородок, не дав даже опомниться, провел шершавым большим по губам, а потом оскалившись добавил: — Дашь…и домашки, и конспекты.
Меня затрясло тогда от гнева, в буквальном смысле затрясло. И от взгляда, что сверлил меня, тоже трясло и от запаха индюка этого голова кружилась, но это все, конечно, от гнева.
Я свои позиции сдавать не собиралась и падать ниц перед этим пижоном напыщенным тоже, а потому игнорировала его, насколько это было возможно.
А он, гад такой, сверлил меня своим невозможным серым взглядом, цеплял при каждой возможности, а однажды и вовсе зажал в коридоре, да в такой позе, мамочки, мне так страшно еще не было. Нет вру, не страшно мне было, ой не страшно.
Не страх то был, далеко не страх. И он говорил что-то обидное, что-то дерзкое и так ему свойственное, у меня же в ушах такой гул стоял, что я ни то, что слушать его откровения, я свои мысли собственные воспринимать не способна.
Не слышала до тех пор, пока со стороны не донеслось ржание одногруппников. И мы в этой позе: я, распластанная по стене. и Багиров, прижимающийся ко мне очень интересным местом и сжимающий мои не менее интересные места. Он отпустил меня не сразу, а когда все-таки отпустил, я позорно рванула прочь под гогот и улюлюканья одногруппников.
А сейчас зачем-то стояла посреди зала в этом, чтобы ему провалиться, клубе и проклинала себя за то, что поддалась уговорам Алинки. Да чего уж скрывать, интересно мне было, признавать не хотелось, конечно, но я краем уха пару раз слышала, как парни обсуждали бои прямо на парах, как восхищались этим придурком бешеным, вот мне и захотелось, один разочек, одним глазком только взглянуть на сие мероприятие. Хотелось мне ровно до этого самого момента. До того, как Алинка потянув меня за руку, повела в сторону столиков, умещённых прямо у ринга и расположенным вокруг них диванчикам, на которых уже успели собраться знакомые лица.
— Дамы и господа, — внезапно раздался голос ведущего, — а сейчас бой, которого вы все так ждали…
Глава 2
НИКА
И снова этот дикий рев толпы, заглушающий голос ведущего, объявляющего соперников. В целом, от пристального внимания одногруппников меня спас именно голос ведущего и вышедшие на ринг Миша-Бешеный и его противник.
