Получается, это он забрал ее к себе… Это не случайность. Я в случайности не верю. Тут что-то не так. Ладу взяли в пику тебе. Это не случайность…
– Откуда Кондрашов знает про нас?
– Значит, знает. И про Ладу знает.
Мудрее всех повел себя Паша. Он подошел к Жене, пнул его ногой в грудь, уложил на пол и приставил к горлу нож.
– Кто такой этот… Этот, Борис Анатольевич? А ну, сука, колись! До двух считаю! Раз!
– Не знаю, – прохрипел парень. – Говорю же, мания у него. Девственниц любит. По пять штук баксов за целку… Мы думали, он сделал дело и успокоился.
А он неожиданно приперся. С каким-то бугаем. Забрал Ладу. Сказал, что она ему нужна. Сказал, что она самая лучшая.
– Чешуя какая-то, – недоверчиво качал головой Колдун.
– Вам ехать за ней надо! – в панике вещал Женя. – Маша… Маша сказала, что Ладу надо убить. Что она про нас знает. А нам свидетели не нужны… И вообще, у Маши крыша ехать начинает. Ее тормозить надо…
– Где Маша?
– Не знаю. Говорю же, как в воду канула.
– Ты сейчас сам канешь.
– Не надо! Не надо, прошу вас! Она точно ее убить хотела.
Она ко мне приходила. Чтобы я своих корешей подпряг. Я отказался.
– Фуфло эти его кореша, – презрительно скривился Филимон. – Алкашня конченая. Мелочевка.
– Нет, они бы смогли! – вопил Женя. – Но я отказался.
– Она ко мне недавно приходила, – вспомнил Родион."
"Не с тем ли, чтобы о помощи просить, приходила? Чтобы он Ладу убрал? Только он ее нечаянно предупредил – первым о Ладе разговор завел. И Маша передумала… Вот, значит, для чего она приходила.
На мокрое дело подбить хотела.
– Я еще раз спрашиваю, где Маша? – Он зло посмотрел на Женю.
– Да не знаю я… Может, она с кем-то связалась. Может, она уже с Ладой, того…
Этот Женя – слизняк и ничтожество. Но слова его со счетов сбрасывать нельзя. Если он предупреждает об опасности, значит, Ладе в самом деле может грозить беда. Или худшее уже случилось…
– Филимон, займись этим хмырем!.. – подорвался со своего места Родион. – Паша, поднимай пацанов!.. Через минуту выезжаем!.
.
Он уже ощущал, как тикает в голове мысленный секундомер. Явственно вдруг осознал, что сейчас дорога каждая минута…
* * *Борис Анатольевич жил в особняке на… Лада не могла знать, на какой улице он живет. Из окна дома она видела парковую аллею, а за ней оживленное шоссе. Какие-то строения, но нет указания номера, улицы. Впрочем, ей все равно. Ей вообще все равно. Она в чужом доме, фактически под надзором. Но нет никакого желания бежать отсюда.
Он появился внезапно.
