Верхом на белом коне себя чувствует. Что ж, он заслужил, чтобы его уважали еще больше, чем раньше. Родион крепко пожал ему руку, по-братски обнял. Он умеет помнить добро.
– Я насчет вашего Кондрашова пробил, – уже в машине сказал Кирьян.
– Почему нашего? – повел бровью Родион. – А разве он не наш общий?
– Может, и наш. Может, и общий. Только вы к нему без меня поехали. Как будто не было моей бригады.
– Ну извини, брат, так получилось! – развел руками Паша. – А потом, кто-то должен был остаться за меня. Ты остался.
И, без базара, сделал все правильно. Уважаю, братан.
– Что ты там насчет Кондрашова пробил? – перебил Пашу Колдун.
– Да нормально с ним. Коленку ему прострелили. Но это не смертельно, верняк.
– Он знает, зачем мы к нему приходили?
– Ну а то? За Ладой приезжали.
– Больше ничего?
– Не-а, ничего.
Колдун посмотрел на Родиона.
– Надо дожимать мужика.
– Не вопрос… Меня сейчас волнует, кто на него конкретно наехал? Что за гопота, зачем им Лада? Надо с Кондрашовым конкретно насчет этого перетереть.
Вопрос серьезный. Ладу найти надо. А потом, из-за этих дебилов мы три дня на киче парились. Беспредел.
Кирьян интригующе усмехнулся:
– Держись крепче в седле, Сергеич… Мы с Кентом к Кондрашову ходили. С ментовской ксивой, чтобы все чики-чики. Кент следаком прокурорским представился. Конкретно его загрузил. А потом что типа да как. Ну, Кондрашов и понес. Короче, три пацана были. С ними телка. Маша зовут…
– Значит, все-таки Маша, – провел пальцами по щеке Родион. – Ну так ты Америку не открыл.
Нас же предупреждали, что у нее зуб на Ладу. Даже убить ее хотела. Чуть не пальнула.
– Эта Маша совсем дикая, – криво усмехнулся Паша. – А такой цацей рисовалась. Не, стопудово, у нее башню снесло.
– Короче, эта безбашенная Ладу мочкануть хотела. А тут пацаны, которых она привела. Один ствол у нее забрал, а сам ей по хавальнику настучал. Кондрашов на полу корчился, но все слышал. В общем, короче, этот пацан Ладу узнал. И она его узнала. Аликом назвала…
– Аликом? – встрепенулся Родион.
– Я ж говорю, Сергеич, крепче в седле держись. Это тот самый козел, который Кешу мочканул. Он и Ладу тогда вальнуть хотел. Даже думал, что вальнул. Обалдел, что живой увидел. Это Кондрашов так говорит. Он все слышал. А мы знаем. Знаем, каких делов этот козел безбашенный натворил…
– Обалдел, говоришь? – потрясенно спросил Родион. – А может, он знал, что Лада у Кондрашова?
– Нет, не знал. Говорю же, он в штопор ушел, как Ладу увидел… Но бабки все равно смыл.
