Это не их собственность.
– А чья – твоя? – веско спросил Родион.
– Какая разница, чья? – раздраженно поморщился Аюб. – Я имею право на этот рынок. И я его беру.
– Бери, – подал плечами Родион. – Бери, если получится."
"Бесполезно было взывать к здравому смыслу. Если чечены хотели что-то взять, они брали. И хоть всех воров законных на третейский суд собери, «чехи» даже слушать их не будут. Мало того, они даже не явятся на суд. У них свои законы, свои суды. И если есть аргумент, который может унять их амбиции, то это только сила.
– И возьму…
– Только учти, войны я не хочу. Я считаю себя правым. И буду отстаивать свое право, чего бы мне это ни стоило. Так что подумай, Аюб. Может, есть возможность решить вопрос миром…
– Можно, – кивнул «чех». – Можно решить миром. Уезжай. Добром прошу, уезжай. Катись в свой Заволжск. И там качай свои права. А Москву оставь нам.
– Нет, Аюб. Мне твое предложение не нравится.
– А мне твое упрямство не нравится.
– Что поделать, таким уж меня мама родила… В общем, не договорились мы с тобой, Аюб.
Рынок за нами.
Разговор зашел в тупик. Аюб ясно осознавал это. Поэтому молчал. Смотрел на Родиона испепеляющим взглядом. Правая рука его дрожала. Родину казалось, что вот-вот она шмыгнет под куртку и выскочит обратно с клинком или волыной. А еще он физически ощущал спиной, как напряглись его бойцы. Как дрожат их руки. Как тянутся они к оружию, спрятанному в машинах. Что ни говори, а обстановка была накалена до предела. Сейчас могло произойти все что угодно.
– Значит, не договорились, – зло выдавил из себя Аюб.
– Однозначно, – стараясь казаться невозмутимо спокойным, кивнул Родион.
– Тогда пеняй на себя.
Аюб повернулся к Родиону спиной и гордо зашагал к своим машинам. Его спутники повторили маневр.
Авторитетные чечены смешались со своими. С этого момента все и началось. Противник пришел в движение. Все как один «чехи» ощетинились стволами. Но заволжские братки не облажались. Вовремя выхватили свое оружие, направили его на врага.
Если бы кто-то сдуру нажал сейчас на спусковой крючок, грянула бы беда. Но обошлось. Заволжские братки и чечены обстреляли друг друга только злыми взглядами. И как по команде убрали оружие.
«Чехи» уезжали первыми. Два джипа впереди и два «Вольво» позади. Родион смотрел им вслед и чувствовал, как за машинами тянется энергетический хвост лютой ненависти.
Неожиданно последняя машина остановилась. Из нее выскочил молодой чеченец с автоматом в руках.
