Бесконечная Пустота 2

Но меня этот факт совершенно не огорчил и даже в какой-то мере привёл в восторг. Я словно превратился в алчущего крови дикого зверя, при этом действуя с точностью роботизированной машины смерти. Я не совершал ошибок и не оставлял противнику ни малейшего шанса контратаковать. Они даже не успевали на меня толком навестить, как падали, сражённые меткими пулями моей ШВ.

Я планомерно зачищал этаж, следуя по коридорам и проверяя примыкавшие к ним помещения одно за другим. Действуя механически и максимально уверенно, я сам не заметил, как оказался в тупиковой комнате, оставив позади десятки замерших в неестественных позах тел.

В небольшом пустом помещении три на три метра меня поджидал последний солдат вражеского подразделения.

Распалённый ошеломляющим успехом в бою и будоражащим чувством собственного превосходства над противником, я совершил форменное безумие, за которое майор-инструктор Калипсо в прежние времена спустила бы с меня шкуру без всякой жалости.

Пока неприятель наводил прицел, я сложил Цунами в футляр, который автоматически прикрепился к тыльной стороне ладони, затем выхватил на опережение с пояса «Жало» — так я назвал армейский вибронож, подаренный мне супругой на нашу первую годовщину свадьбы.

Одним молниеносным движением я сумел разложить нож в боевой режим и метнуть его точно в правое плечо противнику, прежде чем он успел нажать на спусковой крючок.

Вражеский солдат невольно опустил правую руку — короткая очередь из штурмовой винтовки ударила в пол, выбив сноп искр. Я сделал два шага вперёд и мощным ударом ноги в грудь отправил неприятеля к дальней стене.

Не давая ему опомниться, я подскочил почти вплотную, схватился за рукоять Жала и резким движением вырвал из раны. Почти в то же мгновение я вогнал вибронож ему в горло по самую рукоять. Полностью обезвреженный противник начал медленно сползать по стене на пол.

Однако уже содеянным я не удовлетворился — вновь схватившись за рукоять Жала, я продолжал наносить удар за ударом, выплёскивая на несчастного всю накопившуюся во мне ярость.

Кровавая пелена застилала мне глаза — я словно уже ничего вокруг себя не видел и не слышал. Враг сполз на пол, а я продолжал неистово его кромсать, сбив себе дыхание. Звериный рык вырвался из моих стиснутых зубов и перешёл в протяжный вой.

Стараясь выровнять дыхание, я поднял взгляд и увидел её — мою Ангел. Она стояла в белом развевающемся платье всего в метре от меня с осуждающим выражением лица и тихо вздыхала.

Я печально улыбнулся.