Онлайн-библиотека книг
Я вообще не совсем это имел в виду. Ну да ладно.
— Тоже не в восторге от шумных компаний?
Славя повернула ко мне свой точеный профиль.
— Не очень, — призналась она. — Я больше люблю когда вот так, когда только природа вокруг, и тишина, и спокойствие. Мне тогда и думается лучше, и настроение улучшается, и ясность в голове наступает.
— Ты, наверное, в прошлой жизни какой-нибудь русалкой была, или нимфой, — усмехнулся я.
Славя серьезно кивнула.
— И мне тоже иногда так кажется."
"Мы валялись на песке, болтали ни о чем, и единственное, чего мне хотелось сейчас (гусары, молчать!) — это чтобы этот тихий вечер не заканчивался никогда.
И это, страшно сказать, только второй день. Подумать только, что будет к концу смены. Наверное, буду слюни пускать литрами, или мучиться душевным расстройством.
— Может, пройдемся по бережку? — поднялся я, чтобы как-то ослабить эти русалочьи чары. — Посмотрим, может тут в рощице и ягоды есть?
— Ягоды точно есть, — подтвердила Славя. — Только не здесь, а чуть дальше. Мы на прошлой неделе сюда уже приплывали за земляникой с Леной и… — она замялась, — с Семеном.
«И это страйк, уважаемые любители боулинга, я веду свой репортаж с таинственного острова, где наш чемпион Санек мастерски выбивает нужный ответ из ничего не подозревающей девушки. Какое мастерство! какое коварство!»
Я внимательно выслушал монолог внутреннего психопата, ничего ему не ответил, и задал новый вопрос:
— Семен… это тот парень, который здесь был на прошлой неделе?
Славя нахмурилась.
— Да, но… ему стало плохо, и его отправили в райцентр, в больницу.
«Жалость-то какая. Горюшко.»
— Отравился чем-то? — участливо поинтересовался я. Славя покачала головой.
— Нет, там… я… я не знаю точно.
Плохо, плохо, дорогая Гермиона. Профессор Снейп ставит тебе по предмету «Обман и умолчание» оценку «отвратительно». Все в лагере отлично знают, что произошло с этим бедолагой, и все упорно отказываются говорить. Значит, это что-то неприглядное. Так, с ходу предположу, что он свихнулся и был изолирован.
