А ведь она кроме того, что женщина, еще и доверенное лицо во всех смыслах. Пусть чрезмерно заботлива, но преданна компании и лично шефу.
Так что чувствовал себя Вадим прескверно.
«Дождусь ответа от Хильды и сам Евсееву перезвоню, - попытался он успокоить совесть. - Извинюсь. Сообщу хорошие новости: уверен, что вопрос решится положительно, если уже не решен, - вздохнул он. - А Зине цветы куплю. Может, хоть что-то зачтется...»
Катя насколько могла быстро передвигалась по дому - приняла душ, выбрала самый симпатичный, на ее взгляд, наряд для беременных, уложила волосы, присев перед зеркалом, приступила к макияжу и вдруг поймала себя на мысли: делает это впервые за последние месяцы.
Да она уже и забыла, когда в последний раз накладывала тени, красила ресницы - концентрировалась только на своем положении, на удобстве, на том, не может ли повредить ребенку в утробе то или иное средство либо действие. Крем для рук и лица тоже подбирала, предварительно изучив состав: никаких отдушек и искусственных компонентов! То, насколько привлекательно она выглядит для окружающих, ее совершенно не волновало.
И вот пожалуйста: тушь для ресниц, блеск для губ... Для чего?
«Или для кого?» - поправила она себя.
Осознание того, что хочется предстать перед Вадимом во всей возможной в ее состоянии красе, оказалось неожиданным. Настолько, что предательски дрогнувшая рука позволила кисточке коснуться кожи. Еще и моргнула: жирное черное пятно на верхнем веке тут же отметилось кляксой на нижнем."
"«Совсем квалификацию потеряла, - усмехнулась Катя и, вплотную приблизившись к отражению, попыталась убрать тушь ватной палочкой.
- Линзы забыла надеть! - вспомнила с досадой. В последнее время она предпочитала очки. - Он говорил, что мне идут очки. Ладно, пусть без линз... А вдруг зря стараюсь? Вдруг уехал, не ответит на звонок или откажется встретиться? - роились в голове пугающие мысли. - Значит, поеду в офис - Зина не выгонит. Или к нему домой - других вариантов нет. Усмирю гордыню, буду просить, умолять. Заодно поблагодарю, что помог отцу с операцией.
Все-таки Вадим - не Проскурин или Колесников. Добрее, порядочнее... В чем-то... - поправила она себя. - Четыре месяца как расстались, а кажется, полжизни прошло... Летит время - год назад я вообще была замужней дамой... Так, хватит ностальгировать, пора звонить».
Нацепив очки, Катя отыскала в телефоне номер Вадима, вздохнула, собралась с духом... В этот момент в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в комнату вошел отец.
