- Марина, я тебе позже перезвоню, хорошо? - прошептала она в трубку и, зажав телефон в ладошке, приоткрыла дверь.
В лицо тут же ударила волна ледяного воздуха: одно из окон открыто для проветривания и, похоже, давно. А в кабинете - никого.
«Куда же он подевался? - недоумевала Зиночка, закрывая окно.
- И планерка закончилась».
- Вы не знаете, где шеф? - обеспокоенно спросила она у охранника.
- Мне не докладывал, - пожал тот плечами, оторвавшись от журнала. - Незадолго до вашего прихода вышел.
Одетый.
-Ясно...
Зиночка закрыла дверь и задумалась. Не предупредил, куда поехал, не дал никаких указаний - для середины рабочего дня это более чем странно.
«И планерку пропустил. Вот до чего любовь доводит даже упертых холостяков и циников! Они только на первый взгляд такие
- задубевшие внутри и снаружи, броней покрытые. А колупнешь корку - там все живое: болит, страдает, плачет, - посочувствовала она шефу. - А вдруг он Катю поехал искать?» - солнечным лучиком мелькнула мысль.
..
...Отвлекаясь на рабочие звонки, Лежнивец наконец добралась до истории болезни заинтересовавшей ее пациентки из гинекологии.
«Очень знакомая фамилия... - еще раз обратила она внимание.
- Прописка не наша. Тем более любопытно, кто такая и почему поступила без согласования. Осмелели вы, Ольга Михайловна, а зря... Итак, пришла сама, беременность малого срока, угроза выкидыша, в настоящий момент проживает на Чкалова... Ну, допустим. Закроем на это глаза. Только здесь одно «но»: больным с улицы дефицитные лекарства не назначают.
.. И где же эта краля работает? Вдруг... Что? «ВСЗ»?! Не может быть!.. - оторопела Валерия
Петровна - И она лежит на сохранении в моей больнице?! Да как посмела! - едва не задохнулась она от возмущения. - Так... Какая палата?.. Сейчас я ей устрою!..»
Лежнивец в сердцах сгребла ключи и бросилась к выходу, но тут же нос к носу столкнулась с влетевшей в кабинет запыхавшейся Огородниковой.
~ Ой, здравствуйте! Вызывали?
Сделав глубокий вдох, Валерия Петровна на секунду замерла, молча развернулась, подошла к столу, взяла в руки историю болезни Проскуриной и швырнула на стол.
- Что это? - рявкнула она, не в силах сдержать гнев. - Я спрашиваю: кто позволил назначать больной дефицитные препараты?! Как вы это объясните? И почему я обязана так долго вас ждать? Что у вас за дисциплина!
Ольга Михайловна не удивилась такому приему. О том, что Лежнивец, мягко говоря, недолюбливала гинекологию, в больнице знали все.
