«Привет, стрелок», — сказал Данияр.
«Привет, невидимки, — проворчал Даныбай. — Хотел бы я знать, как вы умещаетесь в моей башке вдвоём».
«Мы худенькие, — обозначил улыбку Саблин-2. — В твоей башке таких, как мы, ещё с десяток уместится».
«Кончайте трепаться, — осудил обоих Данимир. — Пора делом заниматься».
«Мы собираемся…» — начал Даныбай.
«Знаю уже, эта мысль сидит у тебя в черепе как гвоздь. Не будешь возражать, если я тобой покомандую?»
«Мы и сами… с усами».
«Ты хороший стрелок, но никакой рукопашник, а впереди у нас прямой физический контакт с противником».
Даныбай заколебался.
«Получается, я буду присутствовать при этом в качестве лошади? А ты будешь всадником?»
«Чем тебе не нравятся лошади? Казах ты или где?»
«Наполовину».
«Решай быстрей, мы оба будем в одной упряжке, как говорится, то есть в твоём теле. Если понадобится твоё умение метко стрелять, я дам тебе волю».
«Ты не царь… а я не твой крепостной».
«Снайпер, уймись! — заговорил Саблин-2. — Мы делаем общее дело, но кое-что мы делаем лучше, чем ты».
Даныбай помедлил — больше для форсу, потом сдался.
«Хрен с вами, пользуйтесь моим развитым мышечным каркасом, кстати, без единой жировой складки. Прошу вернуть в целости и сохранности».
Оба «родственника» рассмеялись, оценив юмористические способности Даныбая.
— Что они говорят? — догадался Прохор о внутреннем диалоге приятеля «с самим собой».
— Всё в порядке, — сказал Данимир губами Даныбая, подчиняя его сознание. — Просьба точно выполнять наши… мои команды.
Прохор хмуро скривился."
"— Я не служу рядовым в вашей бригаде.
— Ещё один строптивец, — покачал головой Данимир-Даныбай. — Жить хочешь?
— При чём тут…
— Если хочешь — делай то, что я скажу! Павлина, извини за резкость, но это и тебя касается.
— Я… понимаю, — торопливо проговорила женщина.
— Выходим. Я впереди, вы за мной. Не оглядывайтесь, делайте вид, что воркуете о своём.
Делегация покинула номер, в котором отсиживалась уже почти сутки, прошла вдоль борта корпуса до лестничного узла, встретив лишь одну метиску-толстушку, и спустилась на блок-лифте — с одними перилами, без стенок — на самый нижний ярус отеля.
Этот уровень представлял собой круглый пузырь с прозрачными стенами, через которые можно было любоваться морской жизнью приповерхностного слоя воды. Перед стенами стояли ряды кресел, предназначенные для наиболее спокойных отдыхающих; беспокойные на одном месте сидеть не любили.
