Трём-четырём из них удалось пристроиться за пультами управления перед объёмными дисплеями, остальные сгрудились за двумя линиями аппаратных стоек и, беседуя, посматривали на большой трёхметровый экран, казавшийся огромным окном в стене помещения, открытым в сторону стартовой позиции.
Шепотинник подозвал помощника:
— Сергеич, после тестового контроля заведи бодягу часа на полтора, расскажи пару историй.
— А ты? — задал вопрос флегматичный помощник.
— Меня вызвали секретчики, что-то их беспокоит.
— Хорошо, сделаем.
Бригадир, одетый в спецкомбинезон, как и остальные работники космодрома, вылез из бункера, снова взялся за телефон.
— Что у тебя?
— Всё тихо, — ответил Почиковский. — Поторопись, а то худо мне, носитель, этот бездарь-технолог, и в самом деле мается животом, сижу в туалете.
— Скоро буду.
Шепотинник вызвал электрокар, добрался до пропускного пункта и пересел в новенькую «Мазду», которая домчала его до центра Мирного за полчаса.
У гостиницы его встретил суетливый, прячущий глаза Почиковский.
— Он исчез!
Шепотинник раздул ноздри выдающегося носа.
— Что за шутки? Как это исчез?! Ты же говорил, что он слёг с сердечным приступом.
В ставших чёрными и блестящими глазах технолога всплыли злобные огоньки.
— Надо было подыскать мне другого носителя, тогда я бы его не упустил.
— Офигеешь с вами! — Бригадир оскалился. — Подробности!
— Идиот-администратор сжалился, не стал запрашивать службу безопасности, дал ему машину.
— Куда?
— Уверяет, что постоялец направился на жд-вокзал.
Шепотинник поднёс мобильный к уху:
— Тимошенко, на вокзал! Ищи Смирнова!
Почиковский, нервно теребивший край воротника рубахи, схватился за живот.
— Проклятье! Мне надо в туалет.
— Потерпишь.
— Не могу, мне потом так и ходить обосранным?
— Беги, — брезгливо махнул рукой Шепотинник.
В настоящий момент обоими владели Охотники, внедрившиеся в сознание людей и управлявшие их действиями, но при этом тела носителей оставались человеческими и подчинялись всему психофизическому и физиологическому наследию людей.
Шепотинник зашёл в гостиницу, поговорил с администратором, связался с третьим членом группы преследователей, вселившимся в начальника УВД Плесецка.
— Как успехи, полковник?
— Пока ноль, — ответил Тимошенко. — На вокзале его нет.
— Уехал?
— За это время прошёл только один поезд на Архангельск, в него он не сел, это точно.
— Объявите госрозыск.
— Делается всё, что надо."
"— Обыщите автовокзал, аэропорт, выездные дороги.
— Сам знаю.
