Павел это тоже понимал, не зря же пытался проводить одновременно много реформ. Другой вопрос, что у него были большие проблемы с доведением начатых дел до конца.
Волков появился также незаметно, как уехал. Гуляем по парку, я наслаждаюсь весной и оживающей природой. Глава моей разведки хмур и сосредоточен. Если кратко, то заговора сионских мудрецов можно пока не опасаться. А вот небольшой и хорошо организованный группы алчных дельцов ещё как. Более того, коррупционная паутина этой структуры, уже давно дотянулась до столицы.
Тот, кто придумал эту схему просто гений, а может это стандартная практика, проверенная временем.
-До недавних пор я не особо интересовался жизнью иудейского племени в России. Но, когда удалось разговорить Перетца, то сначала не поверил своим ушам. Нескольких молодых людей, которые отличаются талантами в коммерции, выбрал глава их религиозной общины некий Цейтлин[1] для проникновения в столичное общество. Все они уроженцы города Шклова, но есть и один пронырливый юноша, приехавший из Гамбурга.
Именно этот человек и предложил начать откуп крымской соли с дальнейшим повышением цен и заработка больших капиталов для создания банка. Самое удивительное, что этот глава, он называется раввин, — произнёс Волков и посмотрел на меня.
-Я знаю, как называются их духовные лидеры Сергей Иванович, продолжайте.
-Так вот. Этот самый глава убедил своих учеников, что для более успешного проникновения в русское общество им необходимо сменить веру. Это ведь равнозначно тому, если завтра отец Амвросий предложит мне перейти в магометанство, — мой личный Берия выглядел таким удивлённым, что мне стало смешно.
Волков действительно в последнее время сильно ударился в религию. И для него возможная смена веры, вызванная исключительно меркантильными интересами, оказалась шоком. Хотя, у тех же осман, просто не счесть ренегатов из христиан. Чего он так завёлся?
-Рабочая ситуация, большие деньги требуют определённых жертв. К тому же все три религии — христианство, иудаизм и магометанство имеют общие корни.
И молодым людям в отличие от вас не придётся избавляться от крайней плоти. А то всякое бывает, вдруг чего лишнего отрежут в процессе ренегатства, — не выдержал я и заржал самым неприличным образом.
Собеседник посмотрел на меня с полным возмущением. Да, чего-то я переборщил. Это с моим отношением к религии много воспринимается спокойно и даже смешно, а у Волкова разрыв шаблона.
-Простите, Сергей Иванович. Не удержался от шутки.
