Беспокойное лето

Не знаю, специально ли она так подгадала, что сообщение пришло ровно в тот момент, как в кабинет вошел ее муж, но думать на эту тему я не хотел, а просто набрал этот самый незнакомый номер, и когда мне в ответ раздался нежный мурлычущий голосок, то рассказал про то, что именно произошло сейчас в кабинете.

Как ни странно, Василиса новость восприняла с восторгом, похвалила меня, что я все так ловко придумал и положила трубку, не удосужившись даже объяснить, чего это я там придумал.

— Что теперь с Царевичем будет — Закончив разговор вернулся я к волку.

— Да кто же знает. — Пожал тот плечами. — Все зависит от того, что Василиса скажет, если он с ней шуры муры крутил, то Кощей его убьет, да не принято у нас это, но убьет. У него к Василисе чувства.

У меня в голове на мгновение промелькнула предательская мысль, что после смерти Царевича, Васька может быть моей, но я тут же ее отогнал, не таким путем, не хочу мараться чужой кровью, и так я в ней по уши, три жизни на мне и четвертую не хочу.

— Ты за него не переживаешь? — Осторожно поинтересовался я.

— Не. — Отмахнулся волк. — Дим, Иван сволочь редкостная, я это понял только когда с тобой начал работать, ты знаешь, что он вообще меня ни кормил, ни денег не давал, я шарился по городу побирался, клянчил, заискивал, только чтобы прокормиться, а этот козел только и делал что гудел круглыми сутками с алкоголем и путанами. Дел мы с тобой за два месяца раскрыли больше, чем он за все время работы, и раскрыли по-настоящему. Так что, я даже рад такому раскладу.

Похоже никто в Караваеве Царевича не любит, и может даже лучше, если переберется парень подальше от наших дел в далекий Новосибирск, только с Васькой расставаться мне будет грустно, а так… Похоже попрощаемся мы с ним скоро. Поэтому забив на муки совести я прихватил куртку и попрощавшись с волком двинулся в Институт.

— Кудой? — Встретил меня знакомым вопросом очередной соловьевич."

"— Совсем страх потерял? — Буднично поинтересовался я сквозь зубы. — Ты кого плесень останавливать вздумал? — Мой тон на соловьевича впечатления не произвел, хотя он и слегка напрягся, но это скорее от тех слов, что услышал в свой адрес.

— В лицо надо руководство знать.