Беспокойное лето

Тебе надо сделать так, чтобы его уволили, в крайнем случае понизили, ты должен стать главным, понимаешь?

— Василис. — Я со вздохом сел напротив нее и на секунду задумавшись похлопал ладонью по колену, девушка с ухмылкой уселась туда и снова обвила мою шею ручками. — Суди сама, может сложиться так, что мне осталось быть с Вами десять месяцев…

— Не может. — С уверенностью заявила мне Василиса. — Я уверена, что ты Бельского найдешь.

— Подожди, — Я останавливая ее, снова положив ладонь Василисе на бедро, и она в ответ словно приглашая чуть раздвинула ножки, вот только продолжать эту игру у меня совершенно не было настроения.

— Через десять месяцев, меня быть может с Вами не будет, и кто останется на страже? Ты пойми, Сан Санычу, на самом деле плевать на ваших, сейчас все спокойно только потому, что я постоянно их пинаю и не даю забивать на притеснения Институтских. Не будет меня, не будет Ваньки, кто работать будет?

— Эх… Его и так нет никогда. — Вздохнула Василиса и убрала мою руку со своей ноги.

— Дим! Я должна тебе признаться. Я иногда специально помогаю Кузьме с побегами, чтобы только убрать Ваньку из города, ну а что, деду весело, и Царевич под ногами не путается.

Если быть до конца откровенным, никакой тайны она для меня сейчас не открыла, мне всегда казалось странным, что старикан постоянно убегает, вот месяца не проходило, чтобы Кузьма не срывался в очередной побег, а Иван Царевич бы не мчался его ловить, ну не могло такое происходить без чьей-то помощи. А вот идея того, что Василиса выпускала деда каждый раз, как Царевич начинал ее раздражать, это вполне в ее духе, вроде, как и она не при чем тут, и не приятный ей человек отбыл из Караваева по служебной надобности, все при деле, все довольны.

Вот только, с чего сейчас супруга Кощеева перешла к таким вот активным действиям? Меня зарядила на участие в своей интриге, да как зарядила… не красиво, шантажом, ну не может же она не понимать, что таким образом ухудшит отношения со мной? Хотя, дались ей эти отношения, по сути, я рядовой работник института, причем даже не один из них, а штрейкбрехер со стороны, нет, тут что-то другое, интрига глубже простого Ванькиного увольнения.

— Дима. — Прервала мои мысли Василиса потеревшись лбом о мою не бритую щеку, словно большая кошка… Кошка с идеальными человеческими пропорциями. — О чем задумался."

"— О нас! — Вздохнул я. — Василиса Андреевна, ну мы же оба это чувствуем, правда же? — Она одарила меня удивленным взглядом.