Меня смерили насмешливым взглядом, потом пояснили:
– Астрид, название совершенно не принципиально, поэтому может быть любым. Главное – суть наших верований. А верим мы в тебя и твою «великую роль в истории»!
Вот теперь я закатила глаза и застонала, но мужчины не прониклись. Их, включая Дантоса, легенда устраивала и… откровенно говоря, веселила!"
"Ждана и Торизаса мы оставили в замке, ибо смысла отправлять их обратно в Ниринс не было никакого. Тем более сейчас, когда метаморфов всего двое и когда столько всего важного обсудить нужно.
Лично я такому раскладу порадовалась, а слуги… скажем так, ситуация вызвала общее недоумение и большое любопытство.
Пусть пока никто не трубил о том, что Торизас – мой брат, но наше родство было очевидно. С учётом моего статуса невесты, а также распущенных ранее слухов о кузине, повод недоумевать действительно имелся. Просто у герцогской как бы родственницы не может быть настолько простецкого брата…
Но спросить никто, конечно, не решился. А вот я, глядя на общую реакцию, призадумалась.
Мне тема нашего с блондинчиком родства с самого начала не нравилась, а теперь, если моя семья поселится в Ниринсе, выдать меня за кузину будет совершенно невозможно. Добавить сюда изыскания графини Итерек, и легенда превращается в дым. И что, простите, в этой ситуации делать?
Я, в отличие от слуг, проявить любопытство не постеснялась. Ночью, когда мы остались наедине, задала вопрос Дану.
Блондинчик прищурил свои серые глазища и хмыкнул. И тоже спросил:
– Кузина? Какая такая кузина?
Я сперва растерялась, потом тоже прищурилась.
То есть кто-то решил притвориться, будто ничего такого не говорил? Ну знаете!
– Прости, дорогой, но я не уверена, что этот фокус сработает, – сказала, не скрывая скепсиса.
– Думаешь, у кого-то хватит смелости выспрашивать? Особенно после того, как наш союз получил одобрение императора?
Я задумалась на миг и хмыкнула. Дантос был прав, но тот факт, что изначально он хотел приукрасить мою биографию, всё-таки коробил.
– На тот момент я практически ничего о тебе не знал, – подглядев мысль, напомнил герцог Кернский.
– Я сказал первое, что пришло на ум, причём вовсе не для того, чтобы, как ты выразилась, приукрасить. Я хотел оградить тебя от лишнего внимания и решил, что звание кузины безопасней. Дальняя родственница не так интересна, как девушка из ниоткуда.
Такой взгляд на легенду о кузине стал откровением. Выслушав Дантоса, я невольно потупилась и даже смутилась, но от нового вопроса всё-таки не удержалась.
