– А то, что этот, – Дантос кивнул на совсем приунывшего парня, – может опознать барона или подавшую знак женщину, ничего?
Ответом было визгливое, но по-прежнему честное:
– Нет! Это не страшно!
И вот после этого парень узнал о том, что он тоже не жилец… Что его, согласно плану семейства Филек, должен был убить заставший неприличную сцену Дан.
А на случай, если герцог сдержится, имелся другой, очень умелый человек. Человек, который уже готов и заселился в ту же гостиницу…
Лёгкость, с которой Виолетта рассуждала об убийствах, вызвала внутреннюю дрожь и желание брезгливо отойти подальше.
Однако я, равно как и остальные, не шелохнулась. Только Тиния металась подле дочери в попытке прекратить происходящее. Но что она могла? Да-да, ничего…
Последняя часть плана была самой простой и «приятной».
Предполагалось, что я повисну на шее у нового возлюбленного, а тот, конечно, подыграет. Учитывая силу зелья, ситуация станет крайне неприличной в считаные минуты. И вот после этого Тиния потребует позвать крепко застрявшего в мэрии Дантоса.
С учётом того, что приворот, особенно в пер-вые несколько часов, наглухо блокирует разум, остановиться я «не смогу». А мой «хахаль» остановиться и не подумает! Так что их светлость точно застанет какое-нибудь поистине вопиющее зрелище, а дальше…
Ну, собственно, на этом всё.
Дантос в порыве ярости убьёт «хахаля», а меня прогонит. А у Виолетты появятся все шансы заполучить их светлость в свои цепкие ручонки. Ведь она самая красивая девушка Керна! А ещё чистая и невинная во всех смыслах.
Наличие при Дантосе мага? Нет, оно не пугало. Ведь даже если ошарашенный маг догадается взглянуть на ауру, то преданный и глубоко опозоренный герцог слушать всё равно не пожелает.
Впрочем, даже если услышит, ситуация уже не исправится. Слишком много свидетелей этого позора. После подобного даже простолюдины не женятся, не то что аристократы!
Увы, но последнее было чистой правдой, и я, невольно представив эту ситуацию, ужасно расстроилась.
А следом испытала огромное желание шагнуть к Виолетте и выцарапать её обрамлённые густыми ресницами глаза!
Как ни странно, но сама «куколка» тоже обо мне подумала и резко повернулась. Ткнула в мою сторону пальцем и прошипела:
– А она… Она… На неё не подействовало!
Повисла тишина. Не нервная, а очень обыкновенная. И так как все ждали какой-то реакции, я пожала плечами и сказала:
– Ну, разумеется, не подействовало. Я же дракон.
