А самое занятное – я всегда, с первого момента сознавала, что он любит и никогда не предаст. Тем не менее не ревновать не могла. Это было выше моих сил!
– Ну вот и я не могу, – сказал Дантос.
Несмотря на охватившее меня меланхоличное благодушие, захотелось зарычать. Вот обязательно все мои мысли читать? Неужели нельзя читать как-то… выборочно? Только то, что я готова показать и озвучить?
Герцог Кернский, безусловно, и эту мысль уловил и тут же притворился, будто никакой телепатией вообще не обладает.
А прежде чем я успела уличить в лукавстве, поклонился и прямо-таки промурлыкал:
– Леди Астрид, вы позволите пригласить вас на танец?
Я, разумеется, позволила. Смело вложила руку в герцогскую ладонь и, сопровождаемая самым бессовестным мужчиной на свете, проследовала в зал, где по-прежнему играл оркестр и кружились пары.
А наш замечательный Вернон остался брошенкой… Но маг не расстроился. На его лице было написано: танцуйте на здоровье! И вообще, делайте что хотите, только не ругайтесь.
Ругаться никто и не собирался, но, когда вышли на паркет, я не удержалась и сказала:
– Любимый, твоя просьба отложить следующую встречу с эльфами… то, как ты это сделал… Знаешь, это была ужасная наглость.
– И что? – отозвался Дан с улыбкой.
Мне, в отличие от кое-кого, смеяться не хотелось. Поэтому ответила предельно серьёзно:
– То, что эта наглость может плохо аукнуться. Я бы на месте Ронала разозлилась и даже обиделась. И я бесконечно удивлена тем, что император отреагировал столь спокойно.
– А на что тут обижаться? – улыбка Дантоса стала ещё шире, и мне вновь захотелось зарычать. Но ровно до следующих слов: – Да, это было не слишком любезно, но я дал Роналу возможность принимать эльфийское посольство на несколько дней дольше. Теперь у него есть шанс произвести хорошее впечатление, улучшить дипломатические отношения с «высоким» народом, вогнать в зависть соседей, а может быть, даже договориться с эльфами о чём-то важном.
О чём-то, что принесёт пользу нашей империи.
Я застыла. Музыка уже играла, танец начался, а я стояла столбом и ошарашенно смотрела на Дантоса.
– Малышка, что не так? – попытался вывести из ступора он, и я отрицательно качнула головой.
– Нет. Ничего. Просто временами ты ведёшь себя настолько искренне, что я напрочь забываю о том, кто ты такой.
– А кто я такой? – спросил блондинчик осторожно.
– Светлость, – буркнула я. – Коварная и продуманная.
