— Может, чаю?
Я уверена почти на сто процентов, что Глен вежливо откажется, но внезапно мужчина удивляет.
— Да, я был бы рад. Идем, Ева?
Удивленно вздергиваю бровь, не сразу сообразив, как реагировать.
Герцог идет, на полшага впереди меня, прямой наводкой в собственную резиденцию, явно предполагая, что я последую за ним. Я так понимаю, что чай пить мы будем сегодня там.
Расстояние невелико, поднявшись по крыльцу, проходим внутрь основного дома.
— Проходи пока в западную гостиную, я освежусь и переоденусь.
Заодно и Генри по пути вытащу, снова закрылся у себя, с красками экспериментирует, — герцог кивает Дакоте, которой выпадает честь сопроводить меня до обозначенного места и, еще раз по-мальчишески улыбнувшись, убегает вверх по лестнице.
Надо же. Чего это с ним сегодня?
Наша холодная война давно уже окончена, но такого потепления я не ожидала.
Мужчины семьи Грейстон спускаются и входят в гостиную один за другим. А тут уже накрыто, на кофейном столике и чайник, и различные пирожные на красивой трехъярусной тарелке.
Генри жадно набрасывается на десерты, Глен вежливо съедает одну корзиночку с кремом, запивая большим количеством черного чая, я же, наевшаяся и напившаяся в доме у баронессы, потягиваю медленно из фарфоровой чашки травяной сбор, составляя ребятам компанию."
"Едва кончается это спонтанное поедание угощений и незамысловатые и довольно приятные разговоры, как одна из горничных поместья оповещает о том, что обед готов. Изначально я лишь хотела отдать Глену корзинку с пирожными и уйти к себе, но каким-то образом мне не просто пришлось составлять компанию мужу, но и идти теперь за ним в столовую для полноценного обеда.
Ну, разрешили мне свободно ходить по территории герцогского поместья, да, но я старалась не наглеть и перед лицом не питающего симпатий в мою сторону мужа не маячила, поэтому приглашение вместе поесть — совершенно для других нормальное и естественное — меня так выбивает из колеи.
Дальше — больше. На обед у нас стейки, и Глен, долго и упорно разрезающий мясо на мелкие кусочки, закончив, меняет стоящее передо мной блюдо на свое, заботливо приведенное в удобный для потребления вид.
Тут не только у меня глаза на лоб лезут, сидящий по другую руку от брата Генри переводит глаза с меня на герцога и обратно, силясь найти ответ на свой немой вопрос.
Накалываю на вилку кусочек и опускаю в рот. Вкуснота. И как будто мясо от того, что кто-то разделал его за тебя, стало еще вкуснее. Так, Ева, спокойно.
