Онлайн-библиотека книг
— Тебе говорили про истинность, но сначала ты не мог проверить эту теорию, так как меня не было рядом, а потом ты посчитал ее ошибочной, так как думал, что я действительно замужем. Но, что было после того, как ты узнал, что и у меня за прошедшие пять лет не было ни одного альфы? Я ведь говорила тебе об этом.
— Я начал склоняться к мысли, что мы действительно истинные.
— И ты не сказал мне об этом!
— Ты бы не восприняла это серьезно. Во-вторых, сам факт истинности ничего не меняет. Я хотел, чтобы ты была моей, потому, что захотела этого, а не потому, что у тебя нет выбора.
Я разомкнула губы, но, в итоге, ничего не сказала. Не смогла. Слишком тяжело было хотя бы просто осознать свои мысли.
Умом я понимала, что, если бы Дилан попытался добиться моего расположения словами о том, что мы истинные, а, значит, обязаны быть вместе, это лишь сильнее оттолкнуло бы меня от него.
Брендон же создал иллюзию того, что у меня имелся выбор. И в нем я определилась с тем, что хочу быть именно с ним.
В таком случае, я в наших отношениях не сомневаюсь. Но все равно все это было трудно. Даже слишком.
— До этого дня я не был уверен, в том, что мы истинные, — произнес Брендон, опять открывая папку. — Только предполагал, но никаких анализов за твоей спиной я не делал.
— Почему ты не хотел убедиться в том, правильная ли это теория? — я поставила чашку на стол и, закрыв глаза потерла веки кончиками пальцев. — Я, наверное, хотела бы ее изучить так, как она напрямую касается даже элементарно здоровья.
— Она является лишь меткой, которая указывает на наиболее подходящих друг другу альф и омег. В наших отношениях она ничего не меняет. Но обследования пройти стоит. Истинность не может навредить, но следует знать ее грани.
— Мне врач сказал, что хочет провести целые исследования.
— Обойдется. Мы не являемся подопытными кроликами.
Я кивнула. В этом сходилась с Диланом.
А в том, что это нужно сделать, я не сомневалась.
* * *Я так и не рассказала Дилану про беременность. Решила, что прежде всего схожу к врачу и сделаю УЗИ.
Но, когда я вечером встретилась с Аланой, поняла, что наступило время откровенного разговора с мамой. Ей я рассказала и про истинность и про беременность.
