Беспощадный (СИ)

Вскоре остаюсь лишь в кружевном белье.

— Сними всё, — требует.

Часть меня кричит, умоляла сбежать от этого опасного незнакомца, но другая, жаждет продолжения. Медленно расстёгиваю лифчик, дрожа от возбуждения и страха одновременно. Никогда прежде мужчины не видели меня полностью обнажённой.

Его ноздри хищно раздуваются, когда он приближается ко мне. Грубо сдёрнув последнюю преграду, он припадает ртом к соску. От неожиданности пошатываюсь, но его сильные руки обвиваются вокруг меня, прижимая к себе.

— Слишком долго, — рычит, тёплое дыхание щекочет грудь.

"Его язык оставляет влажный след, поднимаясь от соска к ключице и дальше к шее, где бешено пульсирует артерия. Он жадно присасывается к ней, вызывая у меня болезненный вскрик.

— Тише, — шепчет, его губы почти касаются уха, а глубокий вдох заставляет кожу покрыться мурашками.

Он опускается на корточки и стягивает с меня последний клочок ткани. Теперь предстаю перед ним во всей красе, совершенно обнаженная и беззащитная. Его взгляд скользит по самым интимным местам, и смущение заставляет попытаться прикрыться руками.

— Поздно отступать, — усмехается, изучая меня. — Не дрожи, будто первый раз собралась трахаться.

Хочу крикнуть: ""Да, это впервые!"", но слова застревают в горле. Он неторопливо стягивает джинсы, в изумлении смотрю на его мощный, внушительных размеров член. Кажется, он может разорвать меня! Пытаюсь сказать, что передумала, но издаю лишь невнятное мычание.

Он приближается, словно хищник к жертве. Подхватывает меня на руки и кидает на кровать, оказываясь сверху. Чувствую, как его член находится на грани проникновения.

— Готова? — с ухмылкой интересуется.

Не дожидаясь ответа, он резко входит. Мой крик рассекает воздух от острой, терзающей боли.

— Ахуеть, оказывается, действительно первый, — усмехается. — Девственниц люблю ещё больше.

Он начинает быстро и настойчиво двигаться во мне.

— Помедленнее, прошу… — всхлипываю, ощущая жгучую боль.

— Разве не этого ты хотела? — смотрит мне прямо в глаза.

— Да, но…

— В следующий раз думай, что и кому предлагаешь, — перебивает и впивается в губы болезненным поцелуем, не прекращая движений.

Через мгновение привыкаю к ощущению наполненности. Боль утихает, и по телу разливается удовольствие. Из меня вырываются стоны.

— Лучше? — спрашивает.

Киваю.

— Когда задаю вопрос, отвечай.

— Да, лучше, — отвечаю между стонами.

— Умница.