Беспощадный (СИ)

Как только мисс Девис объявляет конец, вскакиваю и несусь к выходу. Надо её найти. Хотя какого хрена я вообще парюсь?

Навстречу мне плывёт Вирджиния в окружении своей тупой свиты. Хрен знает, как зовут этих кукол, но одну из них я точно трахал. Меняю траекторию и ухожу в противоположную сторону.

— Малыш! У меня охренительные новости! — резко вопит Вирджиния, её пронзительный визг разносится по всему коридору.

Делаю вид, что не слышу, ускоряя шаг в попытке оторваться от этой приставучей идиотки. Но она не отстаёт и начинает преследовать меня.

— Стой, сладкий! Я проучила ту шлюху, которая к тебе клеилась!

Ярость вспыхивает во мне подобно адскому пламени. Какого хрена она лезет в мою жизнь? Вирджиния продолжает:

— Утром в коридоре общежития мы подстерегли эту шлюху вместе с ребятами. Связали и спрятали в шкафу. Теперь она там, безвольная и скрученная. Я уверена, ты был бы рад увидеть её в том жалком виде.

Руки сжимаются в кулаки. Чёрт! Если она говорит о Лисёнке, я не ручаюсь за свои действия.

— О ком ты? — цежу сквозь зубы.

— О той, что на тебе недавно висла, — ухмыляется эта тварь.

Сука. Хватаю её за руку и тащу за угол кампуса. Припечатываю к стене. На удивление, она довольно спокойна.

— Где она? Говори! — рычу ей в лицо.

— Скажу, если поцелуешь, — лыбится. — Ты такой горячий, когда злишься.

— Какая же ты мерзкая сука, — рычу.

Меня просто выворачивает от отвращения. Сжимаю её горло:

— Слушай сюда, шлюха. Или говоришь, где Лисёнок, или завтра весь универ увидит, как ты отсасываешь трём парням.

— Ты… ты тоже там есть, — хрипит она.

— Думаешь, мне есть что терять? — усмехаюсь.

— Она… она… — задыхаясь, лепечет.

Ослабляю хватку, позволяя ей говорить внятнее.

— В моей комнате… — выдавливает, кашляя.

— Ключи, — требую, протягивая руку.

Дрожащими пальцами она достаёт из сумочки связку ключей. Вырываю её и стремительными шагами направляюсь к общежитию. Надо найти Лисёнка, пока эти уроды ещё чего не натворили.

Глава 25. Мелисса"

"Сижу в этом чертовом шкафу уже несколько часов, хотя точно сказать не могу — время здесь словно остановилось.

Сначала я кричала, звала на помощь, но быстро поняла, что это бесполезно. Теперь на щеках остались только засохшие дорожки от слез, а в горле першит от криков. Чувствую себя абсолютно опустошенной и беспомощной.