Бесправная любовь

Девушка ничего не сказала. Но и взгляд не отвела.

– Не успела она, – проворчал Александр беззлобно, чем в очередной раз удивил Арину. – Так уж и скажи, что даже и не подумала. А положилась на меня. Верно?

– Саш, зачем спрашивать, если знаешь?

– Зачем? – тон мгновенно сменился, в нем просочились гневные нотки. – Потому что жалко мне тебя, дуру!

– А ты не жалей! – вспыхнула Арина в ответ и потянула руку, желая вырвать, но не тут-то было.

Наоборот! Мужчина рванул её на себя. Она ойкнула, врезаясь в бок Александру.

– Если бы я не жалел тебя, – процедил он сквозь сжатые губы, – было бы все совсем по-другому.

Меньше всего Арина хотела разозлить его. Но разозлила. И уже хотела как-то потушить вспыхнувшее пламя, но Александр снова опередил её, прижав к себе плотнее.

– Ты…, – продолжил он говорить, но резко замолчал. Арина, крепко прижатая к нему, чувствовала, как опускается и поднимается его грудь. Слышала, как он пытается восстановить дыхание, а, значит, взять под контроль свои эмоции.

– Знаю, – поспешно прошептала девушка, радуясь, что он немного остывает.

– Если знаешь, зачем провоцируешь?

Она ничего не ответила, прикусив губу.

Ответа он и не ждал.

– Значит так. У тебя пятнадцать минут. Вещи, я так понимаю, ты не разбирала.

Арина, которая почти уткнулась лбом в мужскую грудь, медленно подняла подбородок кверху, чтобы иметь возможность заглянуть Саше в лицо.

Его слова… Они мгновенно внесли в её душу полную сумятицу.

– Не разбирала, – подтвердила она, ещё до конца не понимая, к чему он клонит.

Но надежда – глупая, и отсюда жестокая, – успела вспыхнуть в душе. Арина хваталась за всё, за любую соломинку. Гнала её, не желала поддаваться иллюзии, но та настырно пробиралась внутрь, не сдаваясь.

– У тебя есть пятнадцать минут. Я делаю пару звонков, ты собираешься. В ванную я первый. Потом жду тебя внизу. По поводу кофе не знаю, если будут пластиковые стаканчики, значит, возьмем с собой. Если нет, обойдемся. Позавтракаем в кафе.

Говорил Александр жестко.

Дважды повторять Арине не пришлось. Она быстро покидала в сумку телефон, на котором, ожидаемо, не было ни одного звонка. Да и кто ей мог звонить? Школьные приятельницы? Если только позлорадствовать. По той же причине она закрыла странички в мессенджерах. Каких ей гадостей только не писали знакомые после случившейся трагедии. Позлорадствовать пришли многие, выразить соболезнования – почти никто.