С распорядком дня здесь всё просто — ранний отбой, ещё более ранний подъём, до обеда занятия во дворе, после обеда при дополнительном свете ламп и свечей в помещении. Перед сном час-другой поболтать с соседями, не покидая своего коридора. И так день за днём. Выходных, как Китар уже выяснил, не предусмотрено в принципе.
В это время года темнеет на этой широте рано. Пока светит солнце необходимо успеть пошвырять копья, пометать стрелы из лука и арбалета, пробежаться на время по полосе препятствий и вдоволь подраться друг с другом на кулаках и с оружием.
Эта часть обучения для меня бесполезна. Китар же проводит первую половину дня с удовольствием, а во второй клюёт носом. Науки — это не к нему. Что арифметика — математикой этот примитив не назвать — что грамота с письмом, что география с историей, что собирательство с травничеством, где учат определять и искать ценные растения и минералы, что основы учения Единого его интересуют мало.
Носитель оживает лишь на зверологии, когда речь заходит про виды, повадки и места обитания разных зверей, способы охоты на них и ценность их органов, которые желательно сохранить при разделке.
Вот здесь он внимательно слушает. Мне же достаточно просто услышать единожды — память моя абсолютна.
Первые две недели прошли без эксцессов. С соседями по комнате у носителя дружба. С остальными в отряде проблем тоже нет. Конкурируют между собой в наработке разных навыков и умений, соревнуются без фанатизма, на наказания со стороны служителей не нарываются.
Пересечений с другими отрядами практически нет. Периодические встречи в столовой с чванливыми годниками столь скоротечны, что у конфликтов просто отсутствует возможность зародиться. Попадающийся же время от времени носителю на глаза Патар не пытается заводить разговоры с мальчишкой, а, наоборот, отводит взгляд."
"Пойти в школу было хорошим решением. Если всё и дальше будет протекать в таком мирном ключе, весной Китар выйдет из этих стен уже не настолько дремучим, как прежде.
А главное — гахару сюда путь заказан. Идеальное место для нашей зимовки на острове.
Глава семнадцатая
— Наука терпеть
И снова я первый на полосе. Наконец-то из четвёртой риски смог выбежать. Мастер Боча своим угольком провёл чёрточку на песочных часах, перевернул их и поставил рядом с другими такими же. Рекорд Лымаря не побил, но лучшую из попыток Раста повторить смог. Глядишь, перестанет теперь зазнаваться. Подумаешь, у меня долей ловкости больше.
