Чуть не урчал от удовольствия, когда стащил с меня всю одежду и припал к моей киске. Раздвигал набухшие от желания половые губы, теребил кончиком языка клитор, нырял им в мою сочащуюся соками желания щель и попу. Я потерялась в ощущениях. Он был везде. И язык и пальцы. Так охренительно меня никто не вылизывал. Куда уж Ринату до этого развратника.
Когда я забилась от мощного оргазма, цепляя ногтями его батник и комкая ткань в кулаках, он быстро разделся сам.
Я снова залюбовалась его просушенной мускулатурой, странными рисунками механических деталей.
Эти татуировки на руках и спине, приводили его в движение как робота.
И от красоты и трехмерности изображения, Платон казался нереальным терминатором.
Он спустил боксеры, и я увидела его член. Красивый и большой. Ринат не был обделен размером, но Самойлов обладал явно царским достоинством. Изогнутый плавной дугой кверху ствол, обтянутый упругой кожей с прожилками тонких вен, и головка выпуклая с прорезью, как сердцевина сочного персика, блестела от возбуждения.
Я облизнулась и потянулась к нему, как на заклание. Стала на ладони и колени раком, лицом к нему. Лизнула по кругу желанную конфету, прошлась по стволу до черных завитков волос. Его острый вкус был такой порочный и возбуждающий, что я без промедления заглотила орган до половины. Создавая щеками вакуум, втянула его глубже, до самого горла.
Платон сверху довольно прохрипел, что то вроде ""ох, блядь, какой кайф!""
Наклонился над моей спиной и потянулся к попе. Его большая ладонь огладила полушарие и остановилась в центре.
А два пальца сразу влезли в анальное отверстие, растягивая тугие мышцы в стороны.
Он толкался бедрами в мой рот в одном ритме с пальцами в заднице. И это было действительно охрененно!
За время отношений с Ринатом мы испробовали многие виды доставления удовольствия друг другу. У него в комнате в шкафчике с ключом у нас хранились и анальные смазки с шариками на нити и пробками, и разные вибраторы, которые он в меня пихал, когда делал куни. Развращать меня было уже поздно.
Я итак была достаточно смелая и опытная девочка.
Платон кайфовал, погружаясь в мой рот все глубже, до спазмов, от которых получал дополнительную стимуляцию. В какой то момент он выдернул член с характерным чпокающим звуком. А я аж потянулась за ним, хныкая.
— Подожди, Лили. Я дам тебе еще поиграться. Хочу тебя уже трахнуть по взрослому. Разворачивай сюда свою жопу, — глухо скомандовал он и шлепнул меня по ягодице, вытаскивая из нее пальцы.
