Бессильная

— Что происходит? — спрашиваю я, недоверчиво глядя на него. — Почему ты здесь?

Он что, член Сопротивления? Должно быть, да, но…

— Да, — он смущенно потирает затылок, — мы должны тебе многое рассказать.

Я моргаю. — Мы?

— Да. — Он указывает пальцем на скрипучие половицы под нашими ногами. — Мы.

Я просто смотрю на него, ожидая объяснений, что, черт возьми, происходит, почему, черт возьми, он здесь и с кем, черт возьми, он здесь.

Его взгляд мечется между моим лицом и ножом, все еще готовым вонзиться в его сердце.

 — И как только ты опустишь нож, я покажу тебе, о чем я говорю. — Он произносит это медленно, словно пытаясь успокоить взбесившееся животное, и я уверена, что выгляжу именно так.

Я медленно опускаю нож и киваю, один раз. Он облегченно выдыхает, его плечи теряют часть напряжения. — Чума, ты действительно иногда пугаешь, ты знаешь об этом? То есть, конечно, я здесь Имперец, но, блин, ты, наверное, можешь надрать мне задницу…

— О, и я могу, если ты не скажешь мне, что происходит, — говорю я, стиснув зубы.

— Так требовательна, — вздыхает Ленни, жестом приглашая меня следовать за ним. — Если подумать, то тебе больше подходит роль королевской особы, чем Имперца, не так ли, принцесса?

Он улыбается через плечо, поворачивая к кабинету. Кабинету моего отца. Комната, где он был убит. Я чувствую, что мои легкие сдавливает, сердце сжимается, когда мы входим в комнату.

Обыкновенную. Совершенно обычную, как и я. Крови нет ни на полу, ни на стуле…

Стуле, на котором он был убит.

Его больше нет.

Меня охватывает грусть, когда я обвожу глазами комнату, пытаясь найти кресло, в котором он так любил читать. Я сидела у него в ногах или на коленях, когда он рассказывал мне истории о лучших мирах, о волшебстве, героях и девушках, которым не нужно было скрывать, кто они на самом деле.

Ленни подходит к покосившемуся книжному шкафу в углу комнаты, заваленному книгами, покрытыми пылью и паутиной. Я уже собираюсь спросить, что именно он делает, как вдруг он берется за край книжного шкафа и тянет.

Я потрясенно смотрю, как деревянная полка легко сдвигается влево по какому-то рельсу, проложенному под ней. А за ней — спускающиеся каменные ступени.

Такого я еще не видела.

Ленни еще раз ухмыляется и жестом показывает в темноту, которая скрывается за книжным шкафом. — Сначала дамы."

"Мне следовало бы рассмеяться ему в лицо, прежде чем заставлять его спускаться по лестнице первым, но я отбросила осторожность и поспешно заменила ее любопытством.