Бессильная

Я прочищаю горло, пытаясь взять себя в руки. — Так что, ты пришел сюда, чтобы предаться приятным воспоминаниям?

— Что-то в этом роде. — Кай вздыхает. — Я прихожу сюда, чтобы подумать, чтобы остыть. Мне всегда нравилась здешняя тишина. Побег из дворца. — Он окидывает меня взглядом, а затем спрашивает: — Так почему же ты здесь?

Я слегка улыбаюсь и повторяю его слова. — Чтобы подумать. Мне нравится тишина. Побег.

Краем глаза я вижу, как его губы подрагивают, и на мгновение мы замолкаем, прежде чем я спрашиваю: — Есть ли причина, по которой ты притащил меня в эту грязь?

Я смотрю на его теневой профиль, когда он смотрит на ветви над нами.

 — Чтобы поговорить. Чтобы полежать здесь в тишине. — Он лениво пожимает плечами. — Это не имеет значения.

Я отворачиваюсь от него. — Значит, ты просто хочешь, чтобы кто-то составил тебе компанию?

— Не кто-то. Ты.

Я чувствую на себе его взгляд, но не поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Тебе нужна тихая компания или разговорчивая?

Он издает звук, который мог бы быть смехом.

 — Только ты могла спросить меня о моих предпочтениях в отношении твоей компании.

Я наконец-то поворачиваю голову, чтобы встретить его взгляд. — Это был не ответ.

Он молчит долгое время, как будто изучает мое лицо, ищет мои глаза. — Поговори со мной.

Я пристально смотрю на него, и мой голос внезапно становится очень тихим, когда я наконец спрашиваю: — О чем?

Я вижу, как слабая улыбка кривит его губы. — О чем угодно. Обо всем. О том, о чем ты думаешь в этот самый момент, дорогая.

Я почти смеюсь. — Ну, сейчас я думаю о том, что этот плащ, на котором я лежу, слишком колюч для принца. — Он хихикает, а я добавляю: — А еще мне интересно, сколько костей вы с Киттом переломали.

— Слишком много, — вздыхает Кай, качая головой. — Сломанные кости и травмы были в основном у меня, хотя не все они были вызваны блестящими идеями Китта. — Он делает паузу. — Большинство было получено в результате моих тренировок. Особенно когда я учился использовать способности Целителя.

Когда его слова доходят до меня, я застываю.

 — Ты же не имеешь в виду… — Я мнусь, прежде чем попытаться снова. — Ты не должен был…

— Да, пришлось, — просто говорит он, глядя мне прямо в глаза. — Мне приходилось ломать кости, а потом их залечивать. Или иногда меня разрезали мечом, и мне приходилось учиться сшивать свою кожу.

Он говорит это так непринужденно, что я даже не могу представить, через какие ужасы ему пришлось пройти. — Как ты его не ненавидишь? — шепчу я.