Бессильная

Эти маленькие и тонкие руки изуродованы, это насмешка над тем, какими они когда-то были, над тем, что они могли делать. Перед смертью у нее отняли то, что позволяло ей чувствовать себя самой живой.

Ее руки для шитья. Ее талантливые пальцы.

Сломали.

А потом сломали ее.

Волна раскаленного до бела гнева пронеслась по мне, смывая вину и печаль и заменяя их жгучей яростью.

Она сломала ее.

Блэр.

Я убью ее.

Я смотрю на безжизненную фигуру Адены. Даже в смерти она прекрасна, великолепна, захватывает дух. Один только вид ее, такой неподвижной, такой безмолвной, сдерживает мою ярость, перенаправляя ее на другого убийцу.

Он сломал ее.

Король.

Он привел ее сюда, чтобы убить. Адена — Адена не была преступницей. Моя ненависть к нему вспыхивает. Он сделал это специально. Он предупреждал меня, что я не выиграю эти Испытания, был уверен в этом. Не тогда, когда для этого мне пришлось бы убить свою лучшую подругу.

Этот человек отнял у меня все.

Этот король убил единственную семью, которую я когда-либо знала.

Сначала мой отец, а теперь Адена.

Крики из толпы наконец достигают моих ушей, на мгновение выводя меня из жалкого состояния. Я поднимаю голову и вижу, что стены лабиринта исчезли, оставив меня в центре песчаной ямы.

Остальные участники стоят рядом, все выглядят одинаково растерянными. Толпа обезумела. Элитные кричат, показывает пальцем и…

— Туннели! Они прошли через туннели в коробку!

Я напрягаюсь.

Они здесь.

Мои глаза сканируют толпу в поисках кого-нибудь знакомого, прежде чем остановиться на стеклянном ящике.

Конечно, я вижу, как Калум выводит короля, одной рукой прижимая кинжал к его горлу, а другой сжимая его руку. Человек, которого я никогда не видела, и который, как я могу предположить, является Глушителем, следует вплотную за ним к перилам, выходящим в Яму.

— …Прошли через туннели! — слышу я сквозь толпу крик другого Имперца, который вместе с ним отдает и другие приказы. Но среди охранников мало тех, кто не зажат стойками с Немым, где члены Сопротивления блокируют выходы.

А те несколько Имперцев, что остались на свободе, не делают никаких движений, чтобы броситься на помощь своему королю. Они не могут. Без страха, что их лидеру перережут горло, если они подойдут слишком близко.

Впервые в жизни Элитные ощущают себя по-настоящему бессильными.

И тут я чувствую, как его глаза впиваются в меня.

Они похожи на зеленые изумруды, острые и режущие с того места, где он встречает мой взгляд внутри стеклянной коробки.