Бессильная

Потому что последнее имя, выведенное крупными буквами на всеобщее обозрение, слишком знакомо.

Пэйдин Грей

Глава 9

Кай

Кровь просачивается сквозь мою рубашку. Часть ее моя, но большая часть принадлежит Глушителю — так я все еще вынужден его называть, поскольку этот ублюдок отказывается даже от такой малозначительной вещи, как его имя. Даже несмотря на то, насколько убедительными могут быть мои действия.

Короче говоря, я мучаю его уже несколько часов. Прогресс нулевой, а терпения у меня уже не осталось.

Я раздражающе поражен тем, сколько пыток может вынести этот человек, хотя, полагаю, боль становится привычной вещью, когда ты постоянно причиняешь ее другим. Ты становишься нечувствительным к ней.

Мы с Глушителем начинаем казаться очень, очень похожими.

Подземелья под замком — темные, грязные, кишащие смертью — так не похожи на светлый, пышный замок наверху. Вдоль стен тянутся камеры, одни заполнены заключенными, другие — останками предыдущих.

Немой в каждой из этих камер — единственная причина, по которой я все еще стою перед заключенным, причиняя ему свою невообразимую боль.

С тех пор как этот материал был создан с помощью Глушителей перед Чисткой, он стал крайне редким, что вынудило короля запасаться им впрок. Ученые использовали Трансферы с их способностью помещать силу в предметы, а Глушители усыпляли силу в материалах. За десятилетия из этого ограниченного запаса Немого были изготовлены клетки, наручники и щиты вокруг трибун на Чаше-арене.

Кроме клетки Немого, меня сопровождает верный Глушитель моего отца. Ведь, как это ни парадоксально, Глушители могут заставить друг друга замолчать, если только один из них сильнее. Итак, я работаю, пока мрачный Глушитель стоит в стороне, а тот, кто лежит у моих ног, кричит.

Без защиты, которую дают Немой и Глушитель, я бы, скорее всего, катался по полу в агонии. Снова. Я не могу перестать воспроизводить эту сцену в своем сознании, вспоминая боль, раскалывающую мой череп.

Полную беспомощность, когда я лежал там, полностью отданный на милость простого человека.

Но тут появилась она.

Пэйдин.

Приземленная. Экстрасенс, боец, вор. И, тем не менее, единственная, кто по какой-то причине готов помочь. Единственная, кто может помочь.

Или так она говорит.

Хотя я отношусь к этому скептически, ее демонстрация была впечатляющей. Она не должна была знать ни о Скорчах, ни об изгнании, ни о драке — ни о чем.