Ободранное бедро стало болеть сильнее, и я начала прихрамывать. К тому же, из-за попавшей в босоножки пыли, я умудрилась стереть ноги в кровь.
Сколько часов я шла и какое расстояние преодолела, я не имела понятия, но двигаться дальше больше не могла. Пришлось останавливаться на ночлег.
Я устроилась у большого валуна, опершись об него спиной и с наслаждением вытянув ноги. Заметно похолодало, но прикрыться было совершенно нечем.
Но больше всего меня волновала не температура, я запоздало спохватилась, что ничего не знаю о фауне Сьеры.
Нет ли здесь диких животных? Безопасно ли здесь спать?
При мысли о безопасности я нервно хихикнула. Да уж, только о безопасности мне сейчас и рассуждать. Что и говорить, в подобные переделки я еще не попадала.
Через несколько минут усталость все же взяла свое, я перестала думать и о диких животных, и даже о холоде, и забылась глубоким сном.
Мне снился Ник. Совсем как живой. Мы о чем-то разговаривали и весело смеялись, как раньше. А когда сон развеялся, я еще несколько минут лежала с закрытыми глазами, пытаясь его удержать.
Но палящее солнце вернуло меня в реальность быстрее, чем это сделал бы холодный душ.
Я поднялась и осмотрелась, пытаясь сориентироваться. Хотелось бы надеяться, что я не перепутала направление, ведь когда я ложилась спать, было уже темно.
Перед тем как отправиться в путь, я задрала платье и критически осмотрела пораненное бедро. Кожа воспалилась и покраснела. Кажется, если мне удастся отсюда выбраться, первая моя остановка будет у врача.
Оценив размеры бедствия, и решив, что физическая боль не самое страшное, что может случиться, я отправилась в выбранном направлении. Стало ужасно жарко, и хотелось пить.
Я где-то читала, что при температуре примерно двадцать девять градусов человек может прожить без воды до недели, при тридцати трех — не более пяти дней, при сорока — максимум двое суток. Я не знала точной температуры, но по ощущениям жара стояла градусов пятьдесят.
Пот застилал глаза, из организма выходила последняя влага.
Кажется, когда я думала в флайере, что нам очень повезло, я сильно преувеличила свою везучесть. Эшли не догадается сам искать нас в пустыне, он будет переворачивать «Райские кущи» вверх дном, а когда, наконец, направит поиски в пустыню, спасать будет некого. Мое богатое воображение много раз рисовало сцены возможных смертей, но даже в самой безумной фантазии я не смогла бы представить, что умру от жажды на богом забытой планете.
