Видимо, всех предупредили, потому как люди стали подходить только спустя полчаса как шеф объявился в офисе. Едва успела привести себя в приличный развратный вид."
"Что меня удивило, так это вид начальников – все бледные, нервные. Нет, перед совещанием у Крамера все всегда нервные, хотя ничего такого сверх ужасного, на мой взгляд, там никогда не происходило. Да, шеф у меня довольно жесткий, но вполне справедливый. Конечно, если дело доходит до наказаний, может извратиться, но только если речь идет именно о лени, глупости или подлости.
За какие-то случайности и форс-мажоры вообще не наказывает.
В общем, сегодня начальники бледнее обычного, я бы даже сказала, что на них лица нет, а когда совещание уже должно было начаться, поняла, что многих попросту нет. Как минимум треть начальников не явилась. Торопова нет. Зато мой “любимый” противный старичок есть.
Когда проводила людей в зал совещаний, все же уловила обрывки разговоров. Оказывается, сегодня многие начальники не только из высшего звена, но и на ранг, а то и два ниже не явились на работу, а бухгалтерия с утра активно работает над оформлением документов об увольнении этих сотрудников, причем по приказу свыше – тайно, но информация все равно просочилась.
Я осталась обслуживать мероприятие, ну и, чего уж там, выяснить, почему столько людей уволили разом,и как те на такое согласились. Крамер, конечно, грозен, но если работали они нормально, то могли бы и побороться за место.
Страх в зале совещаний такой густой и прямо-таки ощутимый, даже мне немного передалось всеобщее паническое настроение.
Заходит шеф, такой строгий, суровый. Кажется, у старичка-пошлячка сейчас случится сердечный приступ, вон, уже даже дрожащими руками еле-еле достал из кармана таблетки, но открыть из-за этой же дрожи никак не получается. Поспешила к старику на помощь, я его, конечно, не очень люблю, но смерти не желаю.
Через некоторое время наступила гробовая тишина.
Давид выдержал эффектную паузу, за время которой многие, кажется, успели поседеть, а затем выдал:
– Те, кто сейчас здесь присутствуют, могут ни о чем не беспокоиться, вас не уволят.
Хорошо слышимый вздох облегчения прокатился по комнате. Крамер продолжил:
– Ну, а те, кто отсутствуют, больше здесь не появятся. Оказывается, в компании зрел заговор, цель которого подорвать ее стабильную работу, а также усилить влияние определенных группировок.
