Бесценная белая женщина

«Какая выразительная физиономия! — с нежностью отметила она. — Надо же! Все эмоции сразу угадать можно. Когда сердился на меня, был красный, как вареный рак. Потом рассуждал, а глаза умные — умные стали. А теперь озадачен и… расстроен, что ли? Почему? Я что — то не то сказала?»

— Он мог и не заметить сразу, — уже не так уверенно пробубнил Демин, отвел глаза и сосредоточенно посмотрел на вход в отель, делая вид, что задумался.

«Не поняла? Это что сейчас было? Выглядит так, будто провинился в чем — то.

Вот это новость!»

Они замолчали. Каждый размышлял над полученной информацией, складывал за и против. Телефонный звонок заставил их вздрогнуть. Наташа опять удивилась одинаковым рингтонам. «Неужели нам нравятся одни и те же мелодии? Быть того не может!» Данила отошел в сторону, а Наташа вернулась и села в кресло. Наблюдая за его лицом, Она сделала вывод, что звонок неприятный. Демин хмурился, резко отвечал, взмахивал руками, пытаясь что-то доказать.

Слов Наташа не слышала, а смотреть в упор было неловко, поэтому она разглядывала людей, которые то входили, то выходили из гостиницы.

Так как отель был среднего класса, то и контингент туристов ему соответствовал. Служащие, семьи с детьми, студенты, молодые парочки наслаждались отдыхом по полной программе. Они долго собирали деньги, чтобы посмотреть необычный город, созданный в пустыне всего за несколько десятилетий. Маленькая деревня ловцов жемчуга, которая стояла на этом месте, словно по волшебству превратилась в ультрасовременный рай среди песчаных дюн.

Справа, в углу, в креслах-мешках развалилась компания молодых немцев. Они что — то смотрели на экранах телефонов, громко смеялись и спорили. Чувствовали себя уверенно и комфортно. Мятые шорты, растянутые футболки, сланцы — этот скромный наряд их совершенно не волновал. Главное — удобно. Через минуту к парням присоединились две девушки, тоже одетые чересчур примитивно и открыто. Но их не смущали взгляды посторонних мужчин.

Они были вместе с друзьями и ничего не боялись.

Чуть поодаль расположилась семья чернокожих. Миленькая девочка, с косичками, заплетенными веером по голове, кидала брату мяч. Она так заразительно смеялась, показывая окружающим ряд беленьких зубов и глубокие ямочки на черных щечках, что Наташа тоже невольно улыбнулась. Родители не шикали на детей, призывая их к тишине, как делали бы русские, не останавливали, не запрещали им играть.