Та легкомысленная, поверхностная, все время влипающая в неприятности Наталья Кузнецова исчезла, растворилась, явив миру основательную жену и мать двоих детей, а также председателя ТСЖ. Не идеальную, конечно, но людей без недостатков не бывает, и если кто-то говорит иначе, то просто заблуждается.
Впрочем, и однозначно плохих людей нет. В любом человеке намешано столько красок, что сразу и не разберешь. Вот, к примеру, Варвара Миронова. Плохая она или хорошая? Натка точно знала ответ на этот вопрос. Разная. А какая краска проявится сегодня, в ходе суда, черная или белая, станет ясно уже через несколько часов.
Натка уже несколько раз спрашивала у старшей сестры, что именно решил Миронов в отношении Варвары. Если сегодня в суде она откажется от всех своих притязаний на его имущество, то поможет он погасить ей американский долг или оставит голой и босой? Лена не знала ответа на этот вопрос, потому что считала для себя неэтичным обсуждать его с Виталием.
Натка видела, что сестра действительно искренне полюбила этого мужчину, кстати, тоже неоднозначного и неидеального, и ей все равно, с какой частью своего состояния он останется.
С точки зрения рациональной Натки, это совсем неразумно, потому что Мишка только начинает жить, и для того, чтобы вырастить его здоровым и всесторонне развитым, денег потребуется ой как много.
Но давить на сестру, она точно знала, совершенно бессмысленно. Лена всегда принимала решения сама, и лезть к ней с советами опасно, особенно когда она их не просила. Таганцев в этом вопросе тоже Натке не помощник – он жестко пресек попытку поговорить на эту тему и заявил, что Лена с Виталием сами разберутся.
Таганцев на заседание суда не собирался, ему нужно на работу. Он не сомневался, что все пройдет хорошо, особенно в отсутствие Трезвонского, от чьих услуг Варвара отказалась. Подлый адвокатишка попытался было, ссылаясь на договор, потребовать неустойку в размере тридцати тысяч долларов, но Таганцев быстро надавал ему «по рогам», прозрачно намекнув, что договор заключен в рамках мошеннической схемы, по поводу которой уже возбуждено уголовное дело.
Мол, если малоуважаемый Марк Анатольевич хочет усугубить свое и без того тяжелое положение и поднять с земли реальный срок, то вполне может настаивать дальше.
Трезвонский счел за лучшее не настаивать и с Варварой расстался «мирно», подписав бумагу, что не имеет к ней финансовых претензий даже за билет до Москвы, несколько ночей в гостинице и предоставленные «подъемные». Вот и хорошо.
