Люди, которые надоумили меня подать иск… Они хотели отобрать его бизнес, клиники, в которые мой муж, то есть бывший муж, то есть неважно, вложил часть своей души. Понимаете, мне было наплевать на его душу. Опять, во второй раз. Я уже однажды сделала это, уехала в Америку, ничуть не считаясь с его чувствами, и это было… Это было подло. И сейчас я приехала в Москву, чтобы совершить подлость во второй раз.
– Ближе к делу, пожалуйста.
– Да, простите. Я очень волнуюсь. Так вот, я не думала о том, какой удар наношу господину Миронову.
Я думала о себе, о своих долгах и о том, что у меня наконец появится возможность жить так, как я всегда хотела. Но, приехав сюда и посмотрев своему мужу в глаза, а также познакомившись с близкими ему людьми, я поняла, что не смогу этого сделать. Я узнала Елену Кузнецову, мать ребенка моего мужа… Я за год совместной жизни ничего не сделала для того, чтобы родить ему ребенка, а она решилась. Я узнала ее сестру Наталью и ее мужа Константина, которые усыновили детдомовскую девочку, потому что у них обоих большое сердце.
Я вдруг осознала, что имею дело с глубоко порядочными людьми, и они составляют яркий контраст с теми негодяями, которые обработали меня и использовали против когда-то очень близкого мне человека.
– Еще раз попрошу вас перейти к сути своих заявлений.
– Не перебивайте меня, пожалуйста. – Варвара чуть не плакала. – Мне и так очень трудно. Я скоро закончу. Я только теперь понимаю, как выгляжу со стороны. Как человек, который вступил в сговор с аферистами, довольствуясь какими-то жалкими двадцатью процентами от того, что мне удалось бы отсудить.
Так почему теперь я должна воспользоваться порядочностью своего мужа, а до конца сегодняшнего заседания формально он им остается, чтобы получить больше?
– И что вы хотите?
– Помощи в выплате моего долга Бостонскому банку и небольшого ежемесячного содержания, чтобы я могла встретить старость на родине.
– Какую старость! – не выдержала Марина Ракова. – Вам всего сорок лет.
– Нет-нет, вы не подумайте, я согласна работать, – заторопилась Варвара. – Я не собираюсь до смерти сидеть у Виталия на шее. Мне просто нужна небольшая сумма, чтобы снять квартиру и на что-то жить, пока я на работу не устроюсь. Вот и все. Понимаете, я так много потеряла. Я на могиле отца не была, меня мать видеть не хочет, потому что тоже считает предательницей. Мне брат стал чужим человеком, племянники без меня выросли. Мне столько всего нужно исправить.
