Ух ты! Если я всё правильно понимаю, то Сабля только что выдала мне карт-бланш по этому вопросу. То ли из-за того, что её использовать пытаются, то ли вину свою всё же помнит передо мной. В любом случае, моё отношение к ней только что чуть-чуть поменялось в лучшую сторону.
— Раз с этим разобрались, и претензий к боярину Северскому ни у кого больше нет, то перейдём к следующему вопросу! — произнесла княгиня и вопросительно взглянула на всё ещё задумчивого Соболя.
— Есть! Есть претензия! — раздался крик из зала. И к «сцене» кто-то начал активно проталкиваться.
— Боярин Концов? — удивлённо посмотрела Сабля на толстенького мужика, который на боярское звание ну никак не тянул.
— Да, Саблеслава Мечеславовна, я это, — тяжело дыша, пробормотал толстяк.
— И что же у тебя за претензия?
— Боярин этот снова моего сына покалечил! — заявил Концов, нагло показав на меня пальцем. — Щаслав только-только с лечения вернулся. Язык ему отрастили. Пятьсот рублей золотых я за это отдал! А этот… боярин незрелый снова его избил.
На этот раз челюсть сломал!
— Что скажешь, Маркус Святославович? — спросила у меня Сабля.
— А что тут говорить? — пожал я плечами. — Зря боярин своему сыну язык выращивал. За зубами он его всё равно держать не научился. Хотя, глядя на его отца, понимаю, что это у них семейное.
— Что⁈ — аж покраснел от возмущения Концов.
— Тихо будь! — велела ему княгиня. И снова посмотрел на меня: — Поясни!
— Сынок его меня у гимназии подстерёг, — пожав плечами, начал я рассказывать. — Да не один, а с дружками.
Решил за прошлый раз отомстить. Хвастал, что второй ранг взял. Ну и хулил меня по-разному. А затем ударить решил. Вот я ему и ответил. Но если у боярина Концова какие вопросы ко мне есть, то я всегда отвечу. Я от поединков не бегаю. А если он правду свою доказать хочет, то Суд Богов мне тоже знаком.
— Что скажешь, боярин? — перевела ироничный взгляд на Концова Сабля. — Будешь за правду биться?
— Да я, наверное, княгинюшка, что-то не так понял, — начал вдруг мямлить он.
— Да и сын ещё плохо разговаривает. Лечится.
— Значит и этот вопрос решили, — улыбнулась княгиня. — Раз больше ни у кого претензий к боярину Северскому нет, то перейдём к следующему вопросу.
Я только собрался сообщить, что у меня у самого претензии есть, но не успел.
— У меня есть претензия, княгиня! — раздался громкий уверенный голос. И вперёд протолкался высокий статный степняк с довольно мужественным лицом.
— Боярин Кусаинов? — в очередной раз удивилась Сабля.
