Тогда расскажи, что той ночью произошло? Почему я аж три дня проспал? А то у кого не спрошу, не отвечают.
— Стрела вот тут, — он коснулся рукой груди, — проявилась?
— Проявилась, — удивлённо кивнул я. — Но вообще думал, что это мне татуировку набили. Воспользовались, так сказать, ситуацией.
— Нет, — с серьёзным лицом покачал головой Соболь. — То Перунов знак. Его просто так на себе рисовать нельзя. Осерчает Громовержец.
— Ты хочешь сказать, что это он лично нарисовал?
— Ну, не нарисовал, а нанёс. И уж не знаю, лично, или не лично.
Но знак его — это точно.
— И что он значит?
— Что значит… — пробормотал боярин. — Ответь, Маркус, ты в своём поведении сегодня ничего странного не заметил?
— Странного? — задумался я. И понял, что да — есть такое. — Заметил. Слишком я спокойно ко всему отнесся. Ко мне тысячи людей под руку пришли, а я это всё как должное принял. Да и с Ивановым хм… пообщался. Резковато, скажем.
— Ага, как я и думал. Но рассказать мало что могу. И не потому, что не хочу, а потому, что сам не знаю.
Такой знак, как у тебя, Перун дарует лишь князьям. Тем, кто должен править. И присматривает потом, оправдают ли они его ожидания. Про то, что характер меняется, я тоже слышал. Больше властности у таких избранных появляется. Уверенности в том, что они имеют право на власть. Понимаешь?
— Не очень, — честно признался я. А сам подумал, что вмешательство в память как раз с этим и связано. Хотя всё же странно. Как можно человеку характер поправить.
— Вот и я не понимаю, — развёл руками боярин.
— Тут надо в архивах княжеских порыться. Да пока у меня времени нет.
— А мне в эти архивы можно?
— Нет! Ты же пока не князь, — подмигнул он мне.
Я даже уточнять не стал, что он имел в виду. И так понятно. Или же боярин меня просто троллит. Поэтому дальнейший путь до кремля проделали молча. И лишь уже въезжая в ворота я поинтересовался:
— А зачем я княгине понадобился?
— Не знаю, — пожал плечами Соболь. — Она мне не докладывает. Велела к тебе гонца послать, а я решил сам съездить.
Поговорить. А вообще привыкай. Ты теперь не сам по себе, а княжеский боярин. И княгиня может тебя позвать только для того, чтобы о погоде поговорить. Тут я, конечно, немного утрирую. Но поверь, не так уж и сильно."
"— Не было печали, — вздохнул я.
По территории кремля мы проехали верхом, хоть и не принято так. Но Соболь спешиваться и сам не подумал, и нам не велел.
Воины, что несли тут службу, на нас поглядывали с интересом.
