Без подводных камней

Она жила в кооперативной квартире улучшенной планировки, с большой кухней и широким коридором, и прямо с порога бросалось в глаза, что финансовых затруднений Марина Николаевна не испытывает.

Куда ни кинь взор – всюду сбывшаяся мечта советского человека. Пушистый ковер, импортная стенка, финская плитка, лоджия… Видимо, Огонькова действительно выдающийся отоларинголог.

Марина Николаевна пригласила их в гостиную, усадила на диван в изящный цветочек, предложила чай или кофе, а когда гостьи отказались, села напротив в парное дивану кресло и изобразила внимание самой любезной улыбкой.

Ирина повторила, что это сугубо частная инициатива и Марина Николаевна имеет полное право отказаться от разговора, но хозяйка только шире улыбнулась.

– Расскажите нам подробнее про вашу подругу, – вступила Гортензия Андреевна.

– Что вас интересует?

– Поскольку мы собираем материал для монографии о подсудности душевнобольных, – соврала старушка не моргнув глазом, – то хотелось бы знать, насколько симптомы шизофрении Валерии Михайловны мешали вашему общению.

– Не знаю, мне лично ничего не мешало.

– Хорошо, тогда вспомните, пожалуйста, эпизоды ее неадекватного поведения, которым вам пришлось быть свидетельницей.

Огонькова пожала плечами:

– Ну вот случай в роддоме.

– Это мы зафиксировали, а еще?

– Об этом мы поговорим с ее непосредственным начальником, а вы нам расскажите что-нибудь другое, что явно вас насторожило, но вы сумели втиснуть происходящее в рамки нормы.

– Так сразу и не вспомнить…

– Мы подождем, – Гортензия Андреевна выпрямилась, сложив руки на коленях, но вспомнив, что изображает научного работника, достала из ридикюля блокнот и ручку.

– Нет, не приходит ничего в голову, – беспомощно улыбнулась Огонькова.

– Как же так? Болезнь дебютировала в молодости, потом четверть века ни одного симптома, и вдруг пошло-поехало? Вы врач, скажите мне, разве так бывает?

– В медицине на этот вопрос один ответ: да, бывает.

– Но не странно ли это?

– Видите ли, болезнь болезнью, а Лера очень сильная личность и использовала все компенсаторные механизмы.

Гортензия Андреевна ухмыльнулась:

– Что вы говорите? Лечение шизофрении силой воли? Первый раз слышу о такой передовой методике.

– А вы напрасно иронизируете, – Огонькова слегка повысила голос, – Лера действительно уникальный человек. Знаете, какой у нее был главный принцип? Молчание – золото.