Без подводных камней

Подмена ребенка в роддоме ситуация редчайшая, но не невозможная, мне кажется, что все матери немножко опасаются в нее попасть, и это нормально. Но когда подозрение без всяких доказательств превращается в уверенность, а потом в одержимость, то это уже симптом. Если бы Лерочка спокойно поделилась своими опасениями с лечащим доктором, то он объяснил бы, что в первые несколько часов жизни дети меняются до неузнаваемости, и ничего нет удивительного, что она не узнала сына через сутки с лишним.

Но беда в том, что она сразу категорически заявила, будто ребенок не ее, и не хотела слушать никаких разумных доводов. Вела себя беспокойно, нарушала распорядок дня в отделении, звонила всем подряд, даже тем, кто совершенно точно ничем не мог ей помочь…

Филипп Николаевич развел руками. Ирина кивнула, прикидывая, как сама поступила бы на месте Валерии. Действительно, дети меняются, но она сразу узнала Егора, когда ей принесли его кормить, никаких мыслей о подмене не возникло, а с Володей она чуть не умерла в родах и увидела младшего сына только через два дня, но не сомневалась, что это ее ребенок.

А если бы закрались тревожные мыслишки, тогда что? Поделилась бы ими с врачом или лучше с опытной акушеркой, и они быстро убедили бы ее, что опасения напрасны, фирма веников не вяжет и детей не путает. На том бы и кончилось. Нет, поведение Валерии можно было бы счесть адекватным, если бы она приводила какие-то веские аргументы в пользу своей гипотезы. Например, у ее ребенка родимое пятно, а у этого нет. Или у этого шесть пальчиков на ножке, а у ее сына было пять. Особая примета могла стать серьезным доводом, но ведь ее не было… Хотя стоп! Недоношенность и маленький вес вполне себе примета, и она совпадает, так что Коля Гаккель никакой не подменыш.

– А почему об эпизоде психоза нет никаких упоминаний в истории родов, да и вообще нигде? – поинтересовался государственный обвинитель.

Филипп Николаевич засмеялся:

– Вполне. Отвечайте, пожалуйста, по существу дела.

– Ну если по существу, то руководство роддома уже хотело вызывать психиатра и оформлять все официально, и папе стоило большого труда уговорить их этого не делать. Иначе жену поставили бы на учет, она не смогла бы работать по специальности, в общем, многие дороги сразу бы закрылись перед ней.