Без права на любовь

Кажется, за это время мне удалось несколько расположить к себе Марту, поскольку, к удивлению домоправительницы, я отдавала предпочтение простым вещам. Ткань для платьев присмотрела немаркую и простую в уходе. То же и с обувью, верхней одеждой и бельем. Так что в итоге сумела уложиться в половину выделенной виконтом суммы. И хотя вела я себя, как и прежде, довольно свободно, скромность моих запросов плохо сочеталась с образом хамоватой провинциалки, которая метит в содержанки лорда."

"Была бы моя воля, я бы заказала второй дорожный костюм наподобие того, в который была одета.

Как я успела убедиться, свободную блузу и широкие брюки носить гораздо удобнее, нежели платье, да и для побега такого рода одежда подходила больше. Но переубедить Марту мне не удалось — старая перечница считала, что в брюках, пусть и широких, ни одна уважающая себя девушка ходить не должна. Я же, одеваясь так, одним своим видом позорила лорда.

За маленькую победу можно было засчитать лишь то, что я сумела отказаться от корсета.

Ведь для чего нужно это оружие пыток? Свисающие складками телеса утягивать. Я же и без всяких корсетов тощая как тростинка.

В итоге часть заказа пообещали доставить завтра вечером, остальное через три дня. Так бы мы и расстались довольные друг другом, если бы портниха с сапожником не пожелали получить за работу всю плату сразу.

— Простите, уважаемые! Но где это видано? — возмутилась Марта. — Полная стоимость выплачивается только после выполнения заказа.

— Госпожа Марта, как вы не понимаете! — заломила руки портниха. — В стране такое творится!.. Мы не можем рисковать!

— Мы с вашей мастерской работаем не первый год. И всегда. Повторяю, всегда! Лорд оплачивал заказы вовремя!

— Мы верим господину Ферту, — сказал сапожных дел мастер. — Но кто знает, что с виконтом завтра станется?..

С нарастающей тревогой я слушала перепалку экономки с портнихой и сапожником. Похоже, положение Шейрана более сложное, чем я думала, раз даже проверенные поставщики сомневались в его платежеспособности.

В конце концов удалось договориться, что Марта заплатит две трети суммы, а остальное по выполнении работы.

До ужина еще оставалось время, так что я поднялась к себе. В комнате меня ждал сюрприз — на столе лежала сложенная пополам записка, поверх которой стояла небольшая баночка с мазью.

Первым делом я развернула записку. На белоснежном листе бумаги было выведено лишь одно слово: «Извини».