Без права выбора

Лисая, я сказал — ты выполняешь. Без возражений!

— Не поняла, вы меня в прислуги наняли? Ах да, лифара в моем случае лишь статус. Так вот знайте, я вам не принадлежу и принадлежать не стану. Хоть секите плетьми, беспрекословно подчиняться не буду!

— Зачем же сразу плетьми? — в голубых глазах сверкнуло что-то хищное, отчего морозец побежал по коже.

Я вздернула подбородок, выпрямилась и, не желая вступать в очередную перепалку, гордо зашагала к двери. Но застыла возле нее каменным изваянием. Посмотрела на ручку и не увидела ее.

— Над вами стояла девушка, — прозвучало жалко, сдавлено, будто я не верила тому, что говорю. — Худая, бледная, с потерявшими цвет волосами. Почти просвечивалась на свету. Милорд, она исчезла, стоило мне выбежать из-за стеллажа.

— Духов не существует.

— Я тоже раньше так считала, — порывисто высказалась и двинулась обратно к графу. — Я не сошла с ума, точно видела ее.

— Ты устала. Ночь была тяжелой.

У меня свело зубы от вспыхнувшей злости.

— Знаете, вы мне отвратительны!

— Приятно это слышать, — недовольно усмехнулся граф и с помощью эши попытался сесть.

Я охнула и подалась вперед, чтобы помочь.

— Вам нельзя подниматься, разве не понятно? Милорд, ложитесь обратно. Немедленно!

— Определись со своими эмоциями, — с нескрываемым раздражением произнес мужчина, схватив меня за руку. — Отвратителен я тебе или нет?

— Одно не мешает другому. Будь на вашем месте хоть вонючий пьянчуга, если бы ему понадобилась помощь, я помогла бы.

— Великолепное сравнение.

— Если понравилось, могу привести с десяток таких же, — с трудом не повысила я голос, попытавшись вырвать кисть из стальной хватки.

— Пожалуй, откажусь. Приятного понемногу.

— И верно. А то ваше достоинство окажется под угрозой. Мы ведь этого не хотим?

— Лисая, будь разборчивее в выражениях, — прорычал граф и отпустил.

Я отступила от него на пару шагов. Меня распирало от негодования. Ни благодарности, ни капли уважения! Перед Агфаром будто на самом деле стояло животное, с которым можно обращаться так, как ему заблагорассудится.

— Как можно быть таким ужасным человеком?

— Мнение одного — не есть истина, — не согласился граф и, покачнувшись, поднялся. — Для тебя я сейчас ужасен, а хотя сказал, чтобы мистер Хиксон осмотрел твою ногу. Ты взбунтовалась. Твой выпад ни к чему не привел. Ты все равно попросишь Молли позвать к тебе лекаря. Он проверит рану и доложит мне.