– Не надо, я сам!
Резко дернув Бэка за ремень, на котором ранее располагалось оружие, я поволок его к месту казни, мгновенно заталкивая в самый центр липкого гнезда.
Несколько кувырков, и охотник запутался в клейкой паутине, стремительно приходя в панику. Он барахтался все сильнее, пытаясь подняться. И чем сильнее дергался, тем больше увязал в мерзких выделениях аяши.
Спустя несколько мгновений и слезливых уговоров к нему скатился его близнец, так же как и первый путаясь в паутине.
Я смотрел, как два ублюдка, чуть не уничтожившие наши с братом жизни, чуть не лишившие нас всего, ревут словно дикие звери, пытаясь вырваться из западни, в которую попали.
– Ширхат! Будьте прокляты! – вновь выплюнул Бэк, скрипя зубами и пытаясь выбраться.
– Из нас двоих только ты проклят!
Мне не хотелось уходить. Я желал увидеть, как эти твари распрощаются с жизнью. Стоя на дюне следил, как по белоснежному песку ползет огромное змееподобное существо, приближающееся к своему гнезду…
– Пора уходить! – одернул меня Хитраш и отдал приказ охотникам, седлать тураслов.
– Ширхат, пора! Оставаться рядом с аяши небезопасно! Эти двое уже никуда не денутся.
Ощутил, как друг насильно дернул меня назад, уводя от гнезда и орущих в ужасе аркаев.
На этом все! Наказание получено! Каждый достиг именно того, что заслужил по праву.
Последнее, что я слышал, залезая на своего зверя, взволнованно переминающегося на песке – рев аяши, нашедшей свою добычу.
Глава 18. Сладкие последствия
Рухташ
– Рух, я больше не могу! – всхлипнула Рина, обвивая руками мою шею и скользя по ней губами, пока я нес ее к нашей пещере.
Чувствовал, как хрупкое женское тело дрожит в моих руках, как на нем выступили капельки пота, а ее дыхание стало сбитым, рваным, поверхностным.
Мне не нравилось такое состояние нашей пары. Болезненная потребность в сексе – это не то, чего я желал для нас… Для нее… Хотел, чтобы хитарис плавилась от моих ласк, прикосновений, поцелуев, а не терзалась внутренним огнем, который был в силах немного притупить лишь оргазм.
– М-м-м! Рухташ, быстрее! – острый язычок очертил влажную дорожку по моей коже к уху, на котором сомкнулись ее зубы, чуть прикусывая.
От поведения и безумно соблазнительного запаха Рины я и сам с трудом держался, будто одурманенный отчаянным желанием. Потребность в ней становилась все сильнее, и я уже был готов взять ее прям здесь! На дороге к пещерам средь бела дня.
Нетерпеливо рыкнув, резко вздохнул, прижимая ее сильнее, и ускорился.
